Добро пожаловать в мою шкуру преданной истинной, король Дитреваль!

— Ты! — цедит Хитэм презрительно.

Две буквы, а звучат с таким глубоким значением. Хитэм так остервенело их выплёвывает, будто я ему в кишки гадюк запустила и смотрю равнодушно на его мучения.

Будто я младенчиков на завтрак каждый день ем. И котят топлю в реке.

Стерва.

— Я, — глаз не отвожу. Челюсти сжимаю, принимая вызов. — Я.

И сдёргиваю с запястья эльфийский браслет.

Хитэм вздрагивает и шипит.

За своё запястье хватается и с силой его сжимает. Болезненно морщится. По коже прокатывается чёрная чешуя, зрачок встаёт вертикально.

Его дракон чувствует меня, реагирует как положено на истинную.

— Все пошли вон! — ревёт король по-звериному.

Это не приказ. Это — чистое принуждение. Драконья магия.

Я тоже чувствую это давление, меня им словно в пол впаивает. В зале резко становится жарко, будто мы провалились в ад. Я дышу огнём.

Все слуги разбегаются, спотыкаясь и падая. Мы остаёмся только вдвоём.

Воздух дрожит, звенит от нашего противостояния. Наполняется привкусом горечи взаимных претензий. Запахом пепла нашей ярости.

Теперь в глазах моего истинного — такое же многообразие чувств, как и у меня.

Ненависть мешается с изумлением, гнев переплетается с недоверием. Обида, злость, желание меня наказать жёстко и немедленно — контрастируют с облегчением и мучительной потребностью понять.

Он будто не находит слов, чтобы начать разговор. Тяжело дышит, и в этом мрачном молчании болью вибрируют все невысказанные вопросы.

— За что! — наконец, цедит он, но за злобой я вижу вырвавшуюся из глубин души растерянность.

Он отпускает своё запястье, и я смотрю, как на нём тлеет ожог. То разгорается, то остывает.

Метка вспыхивает, её контуры вдруг проявляются, когда Хитэм хочет меня принять. А затем тускнеет и заживает, не оставляя следа, когда перевешивает ярость.

— За что?! — шиплю я змеёй. — Ты не понимаешь, за что?!

Кулаки сжимаются. Вся моя поза выражает протест и решимость сражаться. Хочется впиться ногтями и расцарапать его красивое, мужественное лицо.

— Нет, не понимаю! — рявкает.

Чешуя снова прокатывается: дракон с ним соглашается.

Хитэм начинает расхаживать передо мной, бросая раздражённые взгляды. Дышит рвано. Будто ему тоже больно.

— Знаешь, я ведь могу исполнить все свои обещания! — рычит с негодованием. — Заточить тебя в башню навсегда и наведываться раз в год, чтобы зачать наследника! Станешь живым памятником предательства!

Интересно, что он не заговаривает о казни. Ну, конечно, истинную же нельзя убивать! Сам тогда умрёшь.

— Будто, если я скажу тебе правду, ты этого не сделаешь! — шиплю на него, раздираемая обидой.

— Может, и нет! — орёт в ответ, нависая надо мной со сжатыми кулаками и вертикальными зрачками. — Если сможешь объяснить! Если сочту причину удовлетворительной!

— Ладно! — с той же яростью выкрикиваю ему в лицо, тоже наклонившись вперёд.

— Да говори уже! — бесится Хитэм, когда замолкаю надолго.

Пару мгновений обдумываю варианты, и в голове выстраивается, наконец, нужный план.

— Я покажу, — хмурюсь, взвешивая детали. — Мне понадобится время на подготовку.

Его брови взлетают, нетерпение читается во взгляде и каждом подрагивающем мускуле. Бешенство. Но интрига пересиливает.

— Сколько?

— Час? — сама себе удивляюсь, своей наглости и решимости.

Он же меня убьёт!

— Жди меня… в спальне.

— В спальне? — задирает бровь, и в глазах вспыхивает колючее, болезненное любопытство.

Видно, что сдерживается. Чтобы не схватить, не сдавить моё горло и не вытрясти правду прямо сейчас.

— На кровати! — добиваю контрольным выстрелом. — Можно сразу раздетым.

Ухмыляется, чувствуя себя победителем. Не боится меня. Предвкушает представление. И уверен, что ему ничто не грозит.

Он же король! Дракон! Что я ему сделаю, слабая женщина?

— И что бы я тебе ни сказала, ты должен в точности выполнять мои указания. Ясно? — смелею от отчаяния, мне терять уже нечего.

Прищуривается, но не пугается. Недооценивает он меня. Опять.

— Ты же знаешь, что на драконов не действуют яды и оружие? — насмешливо уточняет.

— Мне они не понадобятся, — подбородок оскорблённо вздёргиваю.

— Жду тебя через час, — кривит губы и уходит, быстро кивнув охране, которые следуют за мной по пятам.

Всё, что мне нужно, находится в моих покоях.

Я переодеваюсь в красивое нижнее бельё, сверху накидываю прозрачный пеньюар — один из комплектов, которые для меня персонально заказывал сам Хитэм. Предназначенный для наших горячих ночей.