На южной границе крестьяне уже третий раз за месяц поднимают бунт, недовольные высокими налогами. А новый временный правитель Лессандрии требует возвращения захваченных в недавней войне земель.

Лечу на границу, чтобы лично убедиться, что ситуация не критична. Мой лучший друг, генерал Раштон Блэдмор, взял её под контроль. Собрал войско и вот уже месяц сдерживает зарвавшегося соседа.

Он глубоко женат, растит четверых детей и предпочёл бы проводить время с семьёй, а не начинать войну с соседями по новой. Но он всё ещё является моей правой рукой и в моё отсутствие именно он принимает самые важные решения.

— Раш.

— Хит, — приветствуем мы друг друга максимально собранно, некогда размусоливать. — Ты плохо выглядишь.

— Ты тоже не в лучшей форме, — замечаю порванный на боку камзол и высохшее пятно крови, растрёпанные после битвы красно-каштановые волосы. — Ну что, новой войны не избежать?

— Да брось, — отмахивается красный дракон снисходительно. — Всего лишь кучка оборзевших патриотов, не нюхавших даже пороху. Могу испепелить их лагерь хоть сейчас и поставить точку. Но я хотел сначала услышать твоё мнение. Их требования… в каком-то смысле справедливы.

Протягивает мне «Претензию» с сургутной печатью Лессандрии, скрученную тяжёлым рулоном. Бумага старинная, пахнет архивной пылью и свежими чернилами.

— А Эрлон где шляется? — спрашиваю, внимательно изучая длинный перечень названий земель и фамилий бывших владельцев.

— Формально — он всё ещё король Лессандрии. По факту — никто его уже несколько лет не видел. Поток драконьей магии в местах силы с каждым годом ослабевает, так что, полагаю, его истинная всё же погибла, а не сбежала. Твоя вот сбежала, но ты был огурцом. А Гранн… его дракон почти мёртв, и сам он полностью утратил смысл жизни. Границу трясёт, а он даже не появился.

Я слушаю его краем уха, а сам осознаю, что больше нет во мне той прежней тоски и того гнева, которые я испытывал после побега истинной. Как будто Эль заняла образовавшуюся пустоту в моей груди.

Чёртова ведьма даже здесь свой отпечаток оставила, каким-то образом дар высших сил на себя подменила.

— Он почему-то держал её в подземелье, насколько я смог узнать из его отрывочных упоминаний, — продолжает Раштон* рассказывать об Эрлоне Гранне** — о нашем враге в недавней войне, но по её окончании мы руки друг другу пожали и всё плохое забыли. — Видимо, там она и осталась, когда мы захватили его земли и заняли его замок. Скорее всего, умерла от жажды и голода, просто потому что о ней никто не знал, а вход в подземелье был тайным. Всего лишь девчонка, одна в холоде, темноте — как представлю, так оторопь берёт. Что она сделала? Зачем он её там запер?

Морщусь, ассоциация мне не нравится. Моя Эль сейчас в том же положении: в моей личной темнице, куда без моего дозволения никто даже не заглянет.

Я не оставил ей ни еды, ни воды. Только горечь моей обиды и пепел моего гнева. Грязь, вонь и крыс.

Если я не вернусь по какой-то причине, она тоже погибнет.

Отбрасываю навязчивую картинку. Ничего со мной не случится, а ей нужно хорошенько подумать над своим поведением. И сменить его на приемлемое, если хочет жить.

_________

*Раштон Блэдмор — генерал армии Фаргаросы и лучший друг короля Дитреваля. Историю его противостояния и любви с попаданкой из нашего мира Сафир вы можете прочитать в книге «Наследник для генерала-дракона» (наш король Хитэм и его Лориэль появляются там часто и играют важные второстепенные роли)

**Эрлон Гранн — генерал армии Лессандрии, бывший враг. Война с ним описана в Генерале. Отдельной книги о нём пока нет, я собираюсь писать её после завершения истории короля.

~ Хитэм ~

— Верни им земли, перезаключи мир, — ставлю свою размашистую роспись под списком требований и отдаю своему генералу, лицо которого удивлённо вытягивается.

— Мы их сто лет завоёвывали, — напоминает Блэдмор, насмешливо задирая бровь.

— Потому что я был тупицей, — ухмыляюсь, вспоминая времена своей бурной молодости.

Сидел на троне, щёлкал пальцами, мечтал о завоеваниях. Увековечить своё имя в истории, как отец. Война ради войны, а не ради цели. Самая тупая причина.

На самом деле мы лишили коренных лессандрийцев их родных домов в угоду моих неоправданных амбиций.

И земли эти мы не освоили, а забросили, превратив в буферную зону. Которая медленно зарастала теперь дикими лесами, а заброшенные замки разрушались без ухода.

В этом нет никакого смысла, когда между королевствами давно царит мир.

— Как ребятня? — интересуюсь семейной жизнью друга, прежде чем вернуться во дворец.

— Ращу новое поколение драконов, — поддевает Раштон* незлобиво, — пока ты там штаны просиживаешь. Не поспешишь с наследником, я тебе подгоню своих претендентов на трон.