Свадьбу пришлось отложить. Еле убедила его, что ему нельзя теперь появляться на людях, пока снова не обрастёт. Его же сразу узнают!

Он порывался подвезти меня хотя бы до пригорода, но я была слишком сердита и ушла одна.

Дорога занимает несколько часов. Уже жалею, что отказалась от коня и не поехала верхом. Ноги болят, а мне ещё потом в гору возвращаться.

Девочки рады видеть меня, двери открывают с улыбками. Угощают горячим чаем с медовыми крендельками. Их только трое, остальные уже уехали.

Моей главной пациентке заметно лучше: она может сидеть, на щеках румянец проглядывается. Ест уже с аппетитом.

Отдаю ей эликсир на основе яда гадюки, он способствует восстановлению женских функций. Заживляет повреждения и лечит от бесплодия. Описываю состав, чтобы другие тоже воспользовались, если им нужно.

Девочки благодарят меня со слезами и обещают лично довезти пострадавшую девочку до дома. Мы прощаемся тепло и душевно.

Захожу к аптекарю, сдаю ему излишек корня болотника и уцелевшие снадобья. Выручаю немного денег и выхожу на потемневшую улицу.

Небо хмурится, накрапывает дождь. Температура воздуха падает, а плащ я забыла в повозке, когда ушла от своего несостоявшегося муженька.

Разочарование такое сильное, что плакать хочется. Я сейчас уже вышла бы замуж, если бы Хитэм не поступил так глупо.

Подхожу к стенду с пропавшими без вести и читаю объявление под знакомым до боли лицом. Глаза вылезают на лоб.

Получается, король вовсе не пропал, а «инкогнито путешествует по королевству, чтобы стать ближе к народу и узнать об их чаяниях». Какая… хм, интересная формулировка.

Предлагается игра. Кто узнает средь люда короля, должен прислать телеграммой название города в Отдел гражданских жалоб и предложений. С пометкой «лотерея», не раскрывая личность короля. И ждать итогов розыгрыша. Победитель получит денежное вознаграждение.

Хитро! Чтобы не поднимать панику, что королевством сейчас никто не управляет, придумали эту схему.

Только вот знаю я простых людей, и Отдел жалоб точно сейчас завален телеграммами, не имеющими никакого отношения к реальности.

Дождь льёт всё сильнее, и я забегаю в храм, чтобы переждать непогоду.

Стряхиваю влагу с волос, скромно сажусь на последнюю скамью и смотрю на служителя, гасящего свечи после прошедшей недавно службы.

Он кивает мне с улыбкой, и я опускаю глаза. Стыд заливает грудь до краёв. Я ужасная лгунья, мне здесь не место.

Мягкая ладонь ложится на моё плечо, и я содрогаюсь вся. Меня будто кислотой обжигает.

— Моя подруга хотела обманом выйти замуж, — шепчу, еле сдерживая рыдания.

Спонтанная исповедь находит живой отклик в этом добром храмовике.

— А он?

— Он? — кусаю губу, вновь чувствуя накатывающую обиду. — Он отказался от неё. Предложил обойтись без свадьбы. Хотел и дальше развлекаться, а её использовать лишь для продолжения рода. Она пошла на хитрость, чтобы исправить эту несправедливость. Что ей за это будет?

Испуганно поднимаю глаза, но служитель не выглядит строгим. Смотрит сочувственно.

— Они оба поступили плохо, — мягко произносит. — Но вокруг столько достойных женщин и мужчин, пусть обратят внимание на других? Зачем мучить друг друга?

— Вы не понимаете! — отчаянно хриплю. — Он её истинный! Она не может выбрать другого!

— О, ну тогда всё проще простого, — улыбается храмовик. — Истинная связь — священна, её разорвать нельзя.

— Но он не хочет жениться! — обиженно напоминаю.

— В подобной паре это необязательно.

Слова мужчины меня ранят. Как будто даже Святые на стороне короля.

— Истинность имеет приоритет, — продолжает свою отповедь храмовик, усугубляя моё возмущение. — Все остальные законы пред ней теряют силу. Если истинность подтверждена, двое уже всё равно что муж и жена. Венчание — это лишь формальность, закрепляющая выбор и дающая фамилию. Если девица была замужняя, её первый брак аннулируется. Если…

— Спасибо за разъяснения, — поднимаюсь и вздыхаю, глядя на сплошную стену дождя.

Всё равно хочу уйти. Сердце выжигает обида. Боль в горле комом стоит.

А стыд — испарился. Я в своём праве. Оно должно действовать в обе стороны. Хитэм — мой.

Женщина не имеет голоса. Её не защищает ни религия, ни закон. Только она сама себя.

Если король узнает во мне истинную, то меня осудят все, а ему посочувствуют. Меня ждёт суровое наказание и всеобщее порицание. А ему будут аплодировать.

А о том, что он прислал мне в том письме, кто-нибудь вспомнит? Или «это другое»?

Добрый служитель приносит мне зонт и жертвует плащ. Как бы там ни было, благодарно принимаю от него помощь. Он ведь не виноват, что у нас такие законы.

Забегаю в кондитерскую и покупаю сухих пекарских дрожжей для пирогов. Ваниль и кориандр для отдушек.