Целую минуту я таращусь на его клеймо, полностью идентичное моему. Чувствую всё, что на душе у дракона, через образовавшуюся между нами магическую связь. Глазам и сердцу не верю!

Он, и правда, принял меня как истинную?! Полностью и бесповоротно. В облике старухи.

Нет, этого не может быть. Это какое-то колдовство!

И самой себе отвечаю: чувства врать не могут.

Между нами повисает звенящее, напряжённое молчание, которое звучит громче слов. Буквально оглушает эмоциями. Слепит.

Его боль, его искреннее сожаление, его вина. Моя обида и его неистовое желание всё исправить. Моя влюблённость, разочарование и его… любовь и тоска.

— Слишком… поздно, — глухо роняю.

Мне кажется, что сердце сейчас разорвётся. Но я не стану даже теперь ему жено…

— Никогда не поздно, — возражает он, сокращая последнее расстояние между нами.

И обхватывает мои щёки. Смотрит в глаза несколько долгих секунд. И впивается в губы.

Ахаю и пытаюсь отпрянуть, да кто же меня отпустит!

Хитэм толкает меня к столу и вжимается бёдрами. Так жарко целует, что я под его напором теряюсь. Покусывает мою нижнюю губу, просовывает язык внутрь и стонет мне в рот.

Чувствую его твердеющий член через юбку, и только тогда до меня доходит, что он не шутит.

— Я же старая! — выдыхаю, когда град его поцелуев на шею перемещается. — Некрасивая!

— Мне всё равно, — шепчет и щелчком гасит кристаллы. — Так тебе легче будет?

Комната погружается во тьму. Слышно только шуршание сдёргиваемой одежды и наше частое дыхание. Мой первый стон, когда Хитэм прикусывает кожу под ухом. Его рычание, когда он подхватывает меня на руки и несёт к кровати.

Падаю на подушки, избавленная от платья, в одной тонкой сорочке. Во мне: смесь из правильного и запретного, из желания и ужаса.

Хитэм рывком раздвигает мои ноги и медленно задирает сорочку. Ласково руками по коже ведёт, чувственно сжимает и дорожки обжигающих поцелуев прокладывает.

Поверить не могу, что он действительно на это серьёзно настроен. Слабо вижу его лицо — оно вспыхивает и тает в мерцании метки на его запястье.

А моя метка — тёмная. Ещё и ноет неприятно, болезненно покалывает. Как будто последние силы из меня вытягивает.

Или из него?

Забрав мою молодость, Урухвильда и дальше будет питаться моими силами. Теперь, когда истинная связь образовалась напрямую с драконом, будет тянуть и из него.

Я как проводник между ними. Бездонная дыра, поглощающая магию дракона, пока та полностью не иссякнет.

— Урухвильда… — хочу предостеречь Хитэма, но он и сам всё прекрасно понимает и чувствует.

— Меня и на троих хватит, не переживай, — рычит, дёргая меня за лодыжки и под себя укладывая.

Сверху наваливается, и его твёрдая, горячая плоть прямо мне в лепестки упирается.

Тяжело дышу от предвкушения и страха. Я не готова, всё слишком быстро и неправильно развивается.

— Теперь ты меня не принимаешь, Лори! — Хитэм жадно целует моё лицо, сдавливает ягодицы твёрдыми пальцами.

— Легко тебе говорить, когда ты меня даже не видишь! — толкаю его в грудь.

Я хочу видеть его глаза. Читать в них правду. А не прятаться в темноте от стыда, что я теперь вот такая.

Хочу убедиться ещё раз, что Хитэму в самом деле не важно, молодая я и или старая.

Щелчком дракон возвращает в кристаллы магический свет.

Ничего не меняется, он смотрит всё с той же лаской во взгляде. Но чуть замедляется, как будто теперь растягивает удовольствие. Каждой секундой близости наслаждается.

Обводит кончиками пальцев моё лицо, убирая волосы. Ведёт большим пальцем по приоткрытым губам, внимательно наблюдая за реакцией.

— Прости меня, — шепчет с болью. — Я наломал много дров. Но я всегда любил и хотел тебя — с первого раза, как встретил по-настоящему. До этого ты не была чем-то реальным. Просто галочкой в очередном списке побед короля. Ты научила меня видеть больше. С момента, как ты отходила меня той мокрой тряпкой, я пропал. Потерялся в твоих дерзких глазах навсегда…

Тут сложно не улыбнуться. Эпичный был с тряпкой момент.

— А если бы я не была такой дерзкой и не сбежала, то и сидела бы сейчас в твоём дальнем поместье, растила бы тебе наследника. А ты бы и дальше жил в своё удовольствие?

Хитэм не смеётся в ответ.

— Если бы ты не была такой дерзкой, Лориэль, ты бы не стала моей истинной.

А затем наклоняется и целует медленно, со значением. Рот открывает широко и захватывает мои губы страстно, будто их пожирает. И стонет, когда я робко ему отвечаю.

— Перестань! — снова сопротивляюсь.

Мы смотрим друг на друга, тяжело дыша.

И вроде уже достаточно подтверждений, что Хитэм принял меня, но мне всё мало. Да, я жадная!