стучать в дверь кабинета. Просто потянула за ручку и возникла на пороге с мягким: — Доброго вечера, лорд Ригхард. — Доброго. — Лорд без промедления поднялся из-за широкого письменного стола, отвлёкшись от бумаг. — Вы напрасно пришли, вам следует отдыхать. — Со мной всё хорошо, — самым убедительным тоном заверила я. — Отвар господина лекаря и сон стали поистине благотворным лекарством. Однако несмотря на это заявление, лорд продолжил хмуриться. — Я ведь говорил, что обязательно зайду к вам. Тем не менее он приглашающе подвинул гостевой стул ближе к огню камина, и я с тщательно скрываемым облегчением опустилась на гобеленовое сиденье. Всё-таки до конца мои силы восстановиться не успели. — Что за срочное дело вас привело? — Лорд остался стоять у камина, изучая меня с крайним вниманием. — Депеша его величества, — без лишних предисловий ответила я. — Что императору угодно от вас? Лорд Ригхард слегка поморщился. — Ничего особенного. Он желает, чтобы я ненадолго вернулся в столицу: есть какой-то вопрос, не решаемый без моего участия. — И какой же? — Вроде бы обычная ситуация, но мне она не нравилась. — Его величество не стал распространяться об этом. — Голос собеседника звучал ровно, однако я интуитивно чувствовала: его тоже тревожит столь странный вызов. Тем не менее лорд Ригхард продолжил уже успокаивающим: — Не берите в голову, леди Кассия. Император упомянул, что вам нет нужды путешествовать туда-сюда, а значит, я вскоре вернусь в Виккейн. Эти слова, да богам в уши. Однако они не означали, что я возьму и послушно останусь в королевском дворце. — И всё же, лорд Ригхард, я предпочла бы отправиться с вами, — самым бархатным своим тоном ответила я. И поскольку лорд знал меня достаточно, чтобы расслышать за этим оружейную сталь, отрезал он жёстко: — Нет, леди Кассия. В вашем положении не следует совершать долгие и утомительные поездки. — Беременность не болезнь, лорд Ригхард, — незамедлительно парировала я. — И вы забываете главное: на этом ребёнке — милость двух богов. До его рождения со мной просто не может что-то случиться. Рука собеседника, которую он держал на поясе, крепко сжала ремень. — От прихотей судьбы не застрахованы и боги. Леди Кассия, мне и так непросто оставлять вас здесь одну. Давайте вы не будете делать это решение ещё сложнее. И вновь в моей душе всколыхнулись смешанные чувства. Его беспокойство и желание защитить согревали, но ведь это лишь из-за будущего ребёнка. Сама по себе я бы вряд ли вызвала в нём такие чувства. — Вам нет нужды перешагивать через себя. — Я была шёлком, что исподволь опутывает по рукам и ногам, не позволяя вырваться. — Если мы отправимся в столицу вдвоём, вы всегда будете знать, где я и что со мной. Лорд Ригхард усмехнулся с неожиданной горечью. — Помните наш разговор о столичных интригах? И ваши слова о том, что здесь я в большей безопасности, поскольку понятно, откуда ждать удар? Так почему вы забываете о них сейчас? — Я помню, — возразила я. — И, уж простите, если задену ваши верноподданнические чувства, но не доверяю его величеству. — Тогда вам тем более следует остаться, — избегая обсуждать Морхарона, лорд стоял на своём. — Ошибаетесь. — Наш спор уходил куда-то не туда, но остановиться я не могла. — Если я останусь, кто будет спасать вас из ловушки? — Вы? — Брови собеседника слегка приподнялись. — Спасать? Я вскинула подбородок, задетая его удивлением, и лорд Ригхард с неожиданным миролюбием поправился: — Простите, леди Кассия, не хотел вас обидеть. Но это и впрямь прозвучало… странно. — Лорд Ригхард. — Кажется, пришло время напомнить ему кое-что. — Я сумела добиться нашего брака, завоевать расположение императора, спасти вас от наёмного убийцы и навести на след его сообщницы. И всё это — не владея в полной мере даром Изменчивых. Как вы считаете, насколько я полезный союзник сейчас, когда милость Богини вновь со мной? Несколько счётов мы с лордом молча мерились взглядами, а затем он слегка наклонил голову к плечу и абсолютно светским тоном поинтересовался: — Зачем вам это, леди Кассия? Почему моё благополучие столь сильно вас тревожит? Почему? Я вдруг поняла, что и сама до конца не знаю ответ. Или знаю, но боюсь признаться даже себе. Впрочем, ему в любом случае следовало знать лишь часть правды. — Потому что у меня не осталось ни дома, ни семьи, ни Ковена. Всё, чем я владею: дитя, возвращённый милостью Богини дар и наш брак. Разве удивительно, что я не желаю новых потерь? Не знаю, что услышал в моём ответе лорд, однако лицо его посуровело. И я, не давая ему высказаться, продолжила: — Потому со всей ответственностью говорю: если вы решите уехать в столицу без меня, я пущусь в путешествие самостоятельно. Сидеть здесь и ждать весточки, как королевы из детских сказок, я не буду, и никакие запреты меня не удержат. — Ни мгновения не сомневаюсь, — хмуро отозвался лорд Ригхард и почти обвиняюще резюмировал: — Вы снова вынуждаете меня идти вам на уступку. Притом что на этот раз последствия могут быть самыми серьёзными. — Всё так, — сознательно создавая контраст, я улыбнулась самым беспечным образом. — Но таковы ведьмы: мы сами выбираем свои пути, а порой и торим их по бездорожью. — Да уж, — уронил лорд и с огромнейшей неохотой подвёл итог: — Хорошо, леди Кассия. Завтра на рассвете мы отправляемся в столицу вместе.

На этот раз я подготовилась гораздо лучше. Мужской костюм, зимний плащ, тёплые перчатки. — Вы уверены, что сможете поддерживать согревающее заклятие? — в пятый, наверное, раз осведомился у меня лорд Ригхард. Ведь нам предстояло повторить путь сюда: перелететь над горами до Стального форпоста, а оттуда уже магический переход должен был перебросить нас в столицу. — Полностью, — заверила я. — Не беспокойтесь, лорд Ригхард. Теперь я знаю, чего ждать от полёта. Лорд кивнул с явным сомнением и, выбиваясь из сценария, вдруг спросил: — Вы взяли браслет, подаренный вам императором? — Да. — Удивлённая, я коснулась приточенного к поясу кожаного мешочка. — Лучше наденьте. Совет был больше похож на приказ, но я, привыкшая к маршальской манере, не обиделась, а постаралась объяснить. — Он ощущается… очень тяжёлым. Лорд Ригхард сумрачно кивнул. — Понимаю. И всё же пусть он будет на вас. Так меньше шансов потерять его, да и в целом… Кто знает, как могут сложиться обстоятельства. Возможно, времени, чтобы его надеть, просто не окажется. Что он имеет в виду? Я с требовательным вопросом заглянула лорду в лицо, но вместо ответа получила лишь молчание да непроницаемую маску сурового военачальника. Тогда я так же без слов достала браслет из мешочка и демонстративно надела на запястье: как знак, нашего союзничества. От грубой и чуждой магии рука немедленно покрылась гусиной кожей, однако тёмный взгляд лорда Ригхарда смягчился. — Благодарю, леди Кассия. Так мне… спокойнее. Я лишь улыбнулась в ответ, пока не зная, что ради своего спокойствия (и моего благополучия) он готов пойти ещё дальше.

Когда мы бок о бок вышли на дворцовую лужайку, вновь превратившуюся во взлётную площадку, я не без удивления увидела слуг, державших в руках мотки верёвки, кипу пледов и седельную сумку — должно быть, с провиантом. — Зачем? — вырвалось у меня недоумённое. — Сюда я прекрасно долетела и без всего этого. — Вы едва не разбились, — менторским тоном напомнил лорд. — И сильно замёрзли в поднебесье. В вашем положении подобного следует избегать. Я с трудом удержала горчивший смешок. Воистину, следовало забеременеть, чтобы сполна получить от него заботы, даже вопреки драконьей гордости. Жаль лишь, что такое вряд ли когда-либо повторится. «Значит, буду наслаждаться сейчас», — решила я, стараясь не поддаваться ненужным сожалениям. И без возражений позволила усадить и привязать себя к могучей драконьей спине. Слуги заметно нервничали — в своей второй форме лорд Ригхард всё так же внушал трепет, — оттого провозились явно дольше необходимого. Однако дракон оставался неподвижным, терпеливо дожидаясь, когда хрупкая человеческая мелюзга закончит суету вокруг. Но вот слуги отступили, и он с немым вопросом повернул ко мне голову на гибкой шее. Я подёргала верёвки — крепко — и решительно кивнула: — Готова. Слуги попятились ещё дальше, а дракон распахнул отблескивавшие металлом крылья. Взмах — и вокруг меня засвистел ветер, а лужайка вдруг отдалилась. Как и при отлёте из форпоста, дракон поднимался неспешно и по спирали, давая мне возможность освоиться. «Какое же счастье родиться крылатым созданием!» Крамольная мысль, ведь крылья — дань звериному, а я человек. Более того, ведьма, владеющая особыми силами. Венец божественного творения. Мне негоже завидовать тому, кто сочетает в себе две ипостаси, тем более что теперь я сама могу становиться крылатой. «Ненадолго и с безумной тратой сил, — вздохнула влюбившаяся в полёты часть меня. — Неизвестно, выживу ли я после родов в воздухе, несмотря на помощь Богини… Впрочем, что страдать, думая о будущем? Это кощунственно, когда летишь в настоящем».

И я заставила себя сосредоточиться на красоте и свободе ясного неба. На столице внизу, превратившейся в кукольный городок изумительно тонкой работы. На свежем ветре в лицо и ярком солнце в глаза, на возможности раскинуть руки (всё равно верёвки держат) и вообразить, будто они внезапно превратились в крылья. Сыграть в птицу, как в далёком, полузабытом детстве. И когда дракон бросил на меня взгляд из-за плеча, проверяя, всё ли хорошо, я улыбнулась самой сияющей улыбкой, на какую была способна. Точно зная: ему будет приятно.

Дракон и впрямь ощерил пасть с зубами-лезвиями — ах нет, она не задумывалась для улыбок. А затем сильнее заработал крыльями, и мы с захватывающей дух скоростью понеслись к далёкой голубоватой линии гор у самого горизонта.