Кассия же, вдруг лишившись поддержки, пошатнулась, интуитивно отпрянула в сторону — и оказалась прямо в объятиях Ригхарда. — Вот и всё, леди Кассия. — Он смотрел сверху вниз в её бледное, запрокинутое лицо и даже под угрозой смерти не мог бы сказать, что сейчас чувствует. — Благодарю вас за бесценную помощь. Ведьма провела кончиком языка по сухим губам. — Помощь? Вы опять выследили меня? — Да, — подтвердил Ригхард, стараясь смотреть ей в глаза, а не на губы. — И это стало концом Сопротивления. Потому я не стану предъявлять вам за тайную встречу с врагами Даркейна. Результат её полностью искупил любую вину. Кассия закусила губу. Отвернулась, попыталась отодвинуться, но Ригхард лишь крепче прижал её к себе. Пока не выяснится наверняка, носит ли она их ребёнка, он её не отпустит. — Уложите трупы в ряд: хочу взглянуть на них, прежде чем сжечь, — велел Ригхард закончившим со Столленом солдатам. — А после уходим. Цель операции достигнута. Драконы бросились исполнять приказ, а Кассия вдруг спросила: — Почему вы не убили его? — Потому что публичная смерть на плахе принесёт больше пользы, — как о чём-то очевидном ответил Ригхард. — Нагляднее покажет нашу силу и бесполезность попыток сопротивляться. А заодно избавит от лже-Столленов, которые в противном случае начнут появляться в Виккейне как грибы после дождя. — Но вы не боитесь, что он сбежит? Ригхард тонко улыбнулся. — Нет, леди Кассия. От драконов не сбегают. Он почувствовал, как ведьма в его объятиях вздрогнула, и ощутил смутное беспокойство. Уж не захочет ли она помочь Столлену? Или сбежать сама? «Не выйдет», — жёстко сообщил ей Ригхард в мыслях и взял под локоть: без грубости, но так, что высвободиться не получилось бы. — Идёмте, леди Кассия. Однако ведьма заупрямилась. — Прежде отпустите. Я вполне могу идти самостоятельно. — Не сомневаюсь в этом, — хладнокровно отозвался Ригхард. — Однако позвольте мне проявить галантность. Кассия фыркнула и твёрдо повторила: — Отпустите. Иначе вам придётся силой волочь меня за собой. Их взгляды скрестились, и Ригхард едва слышно скрипнул зубами. Упёртая, как ослица. Однако голос разума, заглушая собственнический инстинкт, прохладно заметил, что всё равно не получится постоянно держать её под руку, как бы этого ни хотелось. И Ригхард вынужденно пошёл на компромисс. — Не отходите от меня. Ради вашей же безопасности. Отпущенная ведьма благоразумно ограничилась кивком, а не едким замечанием. Тогда он отошёл от неё — всего на несколько шагов! — чтобы поднять свой кинжал, и вдруг за спиной раздался тоненький вскрик. Ригхард крутанулся на каблуках, сжимая оружие, и длинно выдохнул сквозь зубы. Точно так же, как совсем недавно Столлен, Кассию щитом держал перед собой незнакомый ведьмак.

Удар меча изуродовал ему половину лица и лишил правого глаза, однако, несмотря на раны, ведьмак держал заложницу более чем уверено. — Никому не двигаться. — Голос его звучал сипло, но жёстко, и Ригхард послал схватившимся за оружие солдатам безмолвный приказ: стоять на месте. А противник, видя, что его слушаются, продолжил: — Дай мне уйти. И не преследуй — тогда ведьма останется жива. Ригхард вновь не ответил. Неподвижный, словно под заклятием окаменения, он судорожно перебирал варианты действий. С тем, как ублюдок ухитрился выжить и ввести всех в заблуждение относительно своей смерти, разбираться он будет позднее. — Не думай, что тебе удастся обдурить меня, как Столлена, — в унисон его мыслям предупредил ведьмак. — Ведьма ценна для тебя, а мне терять уже нечего. И Кассия ещё сильнее запрокинула голову, спасаясь от прижатого к шее острия кинжала. «Я смогу выследить его, пока она рядом. — Мысли неслись безумным галопом. — Но где гарантия, что он не перережет ей горло в одном из переходов по пути отсюда? Тем не менее выхода у меня, похоже, нет. Проклятие!» Ригхард набрал воздуха, чтобы наконец дать ответ, как вдруг заговорила ведьма. — Ты убьёшь меня? — тонким, плачущим, не своим голосом спросила она. — Неужели ты снова сделаешь это, Ленни? У ведьмака вырвался рваный выдох, но Ригхард, к несчастью, не успел воспользоваться чужим замешательством. — Не играй со мной, Изменчивая! — в ярости прохрипел ведьмак, и лезвие разрезало кожу рядом с едва затянувшейся царапиной, которую оставил Столлен. — Нет-нет, Ленни! — испуганно вскрикнула ведьма. — Не делай этого! Я ведь была верна тебе, клянусь! И тогда Ригхард решил, что его обманывает зрение. Потому что Кассия менялась.

Рост — ниже, фигура — пухлее, волосы — из красно-рыжих в золото, лицо — круглее, черты — иные. «Так вот почему ты Изменчивая!» — Не смей, тварь! — Ведьмака трясло. — Ленни? Ты не узнал меня? Это же я, Лисс! Пожалуйста, не убивай! Умирать так больно! И ведьмак не выдержал. Чей бы облик ни приняла ведьма, разбуженные воспоминания были слишком болезненными. Борясь с ними, он зажмурился — всего-то на два удара сердца! Но это стало роковым.

Ригхард ударил магией и одновременно рванулся вперёд. Кассию отбросило в сторону, а ведьмак… А ведьмак рухнул на каменный пол, и из здоровой глазницы у него торчала рукоять его же кинжала. Однако Ригхард на этом не остановился. Сильным рывком освободил клинок и одним движением перерезал врагу горло — чтобы уже наверняка. Выпрямился, повернулся к солдатам: — Проверить всех! — и лишь затем обернулся к сидевшей на полу ведьме.

Кассия вернула свой облик, однако лицо её был восковым, а черты заострились, как от длительной болезни. — Кассия! Она растянула губы в подобии улыбки — и потеряла сознание.