И наконец дождалась. По мостовой звонко зацокали копыта, и к крыльцу особняка подъехал высокий мужчина. «Дракон», — толкнулось в груди. Я гибко поднялась из кресла и, небрежным движением подхватив браслет, дожидавшийся своего момента на прикроватной тумбочке, стремительно и бесшумно вышла в коридор. Надо было действовать быстро.

Браслет к двери: «Откройся!» Сворачивающиеся нити заклятия. Поворот ручки — и вот я уже в почти полной темноте драконьей спальни. Тихо закрываю дверь, даю глазам время, чтобы привыкнуть к скудному освещению. Шторы здесь задёрнуты, камни пола холодят босые ступни — домашние туфли я оставила в своей комнате. Когда взгляд начинает различать оттенки темноты, на цыпочках обхожу спальню по периметру. Тревожит, что прислуга не стала разводить в комнате камин: может, дракон предпочитает спать в кабинете? Абсурдно, но мужчины часто абсурдны. «Хотя, скорее всего, дело в этом заклятии. Похоже, маршал опасается и своих тоже. Впрочем, если до полуночи не объявится, отправлюсь в кабинет», — решаю я и забираюсь в кровать, широкую и холодную, как равнины Полуночных земель. Забиваюсь в самый её угол, самую тень от тяжёлого полога и вновь погружаюсь в омут ожидания.

Теперь кажется, будто время и вовсе не шевелится. Постепенно я согреваюсь под тяжёлым одеялом, веки начинают слипаться. Заставляю себя вслушиваться в тишину, чтобы не пропустить звук шагов в коридоре или бой часов в холле — их слышно во всём доме.

И вдруг вздрагиваю. Шум раздаётся, но не со стороны двери, а от задёрнутого плотными шторами окна. Тихий удар. Скрип. Металлический звук открывающейся щеколды… «Кто-то лезет в дом через окно? Но неужели его никто не видит? И неужели у дракона всё же нет защиты на окнах? Как безрассудно!» И как безрассуден тот, кто решился обокрасть маршала Ригхарда!

А может, не обокрасть? Новая мысль приходит внезапно, заставляя замереть, почти не дыша. Что, если это не ограбление, а покушение? «В столице Даркейна?» — насмешливо парирует внутренний голос. Однако я вспоминаю утреннюю настойчивость Грая, с какой тот навязался сопровождать меня, и понимаю не разумом, но интуицией: да. Покушение. В столице. На маршала. А если убийца заметит меня, то мой труп случится почти наверняка.

Пока все эти рассуждения проносятся в голове, я не мигая всматриваюсь и вслушиваюсь в темноту. И потому замечаю колыхание шторы: похоже, убийца спрятался за ней. «Что же делать? Нельзя, чтобы маршал пострадал — по крайней мере, до тех пор, пока я не получу от него то, что мне нужно. С другой стороны, раненый, он, возможно, станет сговорчивее. Уход, забота — от такого легко и оттаять. Или хотя бы перестать видеть во мне исключительно врага». Я никак не могу принять решение, как действовать, а между тем за дверью слышится шум. Обострённым шестым чувством улавливаю, как напрягся убийца, и понимаю: не стоит рисковать.

Дверь открывается. Штора отлетает в сторону. — Берегись! И под ноги убийце летит заклятие пут.

Домой Ригхард вернулся в отвратительном настроении. Плохо начавшийся день продолжился совсем не лучше: из Виккейна пришла срочная депеша о том, что раскрыт заговор по захвату власти, однако главарям заговорщикам удалось скрыться. Король трясётся под защитой драконьей гвардии, а по всей стране идут волнения. «Нельзя было уезжать. Ослеплённый глупец! Зачем, зачем мне понадобилось жениться так скоро?» А сыграть свадьбу без присутствия императора Морхарона, означало бы смертный приговор: его величество без вариантов счёл бы подобное предательством короны. «Проклятая низкорожденная! Проклятые королевские прихоти! Проклятые заговорщики!» С другой стороны, теперь у него появился прекрасный повод уехать из столицы, оставив здесь навязанную жену. Через поверенного ограничить ежемесячную сумму, которую она сможет тратить, и пусть живёт себе как знает. Возможно, ей даже хватит недалёкости завести любовника, и тогда Ригхард без проблем освободится от этого брака — через плаху для неверной. «Только вряд ли она настолько глупа». В памяти всплыло сегодняшнее утро, и Ригхард заскрежетал зубами, сжимая поводья с такой силой, что кожа перчаток туго натянулась на костяшках пальцев. «Знать бы её цель… А так вообще никакого представления, какой финт она может сделать следующим. Но хорошо, что на дверях спальни и кабинета стоят запирающие заклятия. Ей через него не проникнуть, а если вдруг сумела сломать, я это сразу обнаружу».

Однако пока он обнаружил лишь то, что едва не проехал мимо своего особняка. Тихо ругнувшись, остановил коня и не успел спешиться, как выскочивший на крыльцо лакей бросился, чтобы забрать поводья. Ригхард сухо кивнул ему, благодаря за расторопность, и мимоходом подумал, насколько же неправы столичные аристократы, отказываясь набирать прислугу из людей. Почтительности и расторопности в слугах-людях было однозначно больше, чем в низших драконах.