«Умные мерзавцы. Или мерзавец». На всякий случай Ригхард послал в грудь убийцы магическую искру, но она погасла, не найдя даже намёка на теплившуюся жизнь. Тогда Ригхард грубо сдёрнул маску с лица покойника и почти не удивился, обнаружив, что, во-первых, видит его впервые, а во-вторых, что это человек. «Значит, не свои подсуетились. Уже неплохо». Ригхард наконец распрямился — закончив с одним делом, следовало переходить к другому — и вперил тяжёлый взгляд в сидевшую на кровати низкорожденную. В более чем откровенном наряде, надо сказать. Пожалуй, даже в этих обстоятельствах у Ригхарда шевельнулось бы, кхм, что-нибудь при виде округлых форм, просвечивавшихся сквозь газ сорочки, и рассыпавшихся по плечам блестящих волос. Однако дело напрочь портил холодный и жёсткий, как у императорского дознавателя (не к ночи будь помянут), взгляд, которым низкорожденная смотрела в ответ. Впрочем, она молчала, отчего Ригхарду пришлось заговорить первым. — Кто это? Равнодушное пожатие точёными плечами. — Откуда мне знать? Он забрался в окно буквально перед вашим появлением. Забрался в окно. Хм. — Кстати, весьма неразумно держать окна без сигнальных заклятий, — плеснула солёной воды на свежую рану низкорожденная. — Согласен, — нехотя процедил Ригхард, решив не объяснять, что заклятия были. Просто он, вернувшись, находился в настолько растрёпанных чувствах, что забыл их обновить. И в результате с ними сумел справиться даже человек. «Исправлю», — хмуро поклялся Ригхард, пускай это и походило на размахивание кулаками после драки. А затем, добавив в голос угрожающие ноты, вопросил: — А как вы сумели сюда попасть? Как вскрыли заклятие на двери? Низкорожденная сладко улыбнулась, однако улыбка эта даже краем не тронула её глаз. — Разумеется, силой желания быть с вами, мой маршал. Гнев вспыхнул, как трут, на который попала искра. Ригхард раздул ноздри, борясь с порывом сделать несколько шагов вперёд и попросту взять нахалку за горло. — Не смейте юлить. — От такого тона у тех, кто послабее духом, начинали подгибаться колени. — У вас есть магический дар, так? Драконья кровь? Иначе вы смогли бы лишь взломать, а не вскрыть. Улыбка низкорожденной стала призывнее, а взгляд — холоднее. — Я расскажу обо всём, что вы захотите узнать, мой маршал. Однако взамен попрошу у вас сущую малость. — И какую же? — Ригхарду пришлось буквально проталкивать слова сквозь клокотавший в горле гнев. Низкорожденная соблазнительно изогнулась, неторопливо провела рукой по высокой упругой груди. — Первую брачную ночь. Муж мой. Одному Прародителю ведомо, чего стоило Ригхарду сдержаться. Более того, он сумел отметить, что низкорожденная не использует дурман ложной Истинности — видимо, эта магия и впрямь себя исчерпала. — Пожалуй, я раньше отправлю вас в пыточную. Жена моя. Абсолютно пустой голос. Маска равнодушия, как забрало, скрывающее бушующие чувства. — В пыточную? — Изобразила испуг, не испугалась. Бесстрашная стерва. — За что же, мой маршал? Ригхард приподнял уголок губ в полуусмешке. — Например, за то, что вы впустили убийцу. — Я не впускала. — Дуэль взглядов до последней капли крови. — Зачем мне ваша смерть? — Расскажете палачу. Низкорожденная возвела глаза к высокому потолку. — Несмешная шутка, мой маршал. Вряд ли она позабавит его величество, который буквально сегодня назвал меня вашей идеальной супругой. Обратилась к имени Морхарона. Да, беспроигрышный ход, но только пока император забавляется выказыванием ей милости. Морхарон. Хм. — Где подарок его величества? Ригхард задал вопрос больше по наитию, однако по лицу низкорожденной пробежала тень, показавшая: попал в яблочко. Впрочем, ей хватило достоинства признать, что здесь её обошли. — Вот он. Из складок одеяла возник браслет, дарующий владелице дозволение следовать за мужем куда угодно. «Догадливая». Ригхард ярился, но к ярости примешивалась и толика уважения: целеустремлённости и уму низкорожденной можно было только позавидовать. «А ведь она, если разобраться, спасла меня. Не от смерти, конечно, — человеку никогда не одолеть высшего дракона. Но от серьёзного ранения — более чем вероятно». И спасла в том числе с помощью магии. Потому на досуге всё же придётся разобраться с магическими умениями жителей Виккейна. Но пока (Ригхард с лёгкой брезгливостью покосился на труп) есть дело поважнее. — Возвращайтесь к себе. — Тон не допускал ослушания. — И ни звуком не упоминайте, свидетельницей чему стали. Вас здесь не было, ясно? — Более чем, мой маршал. Низкорожденная грациозно поднялась с кровати и, покачивая бёдрами, бесстрашно приблизилась к Ригхарду. Положила ему на грудь тонкую кисть, заглянула в лицо снизу вверх. — Доброй ночи, мой маршал. Если пожелаете, двери моей спальни всегда открыты для вас. И прежде чем Ригхард успел как-то ответить, она отступила и мягким кошачьим шагом вышла из комнаты. Оставив за собой призрачный шлейф аромата цветов дерева ланг.

Стоило мне выйти в коридор, как навалилась слабость, да такая, что пришлось опереться рукой о стену. Пускай я была Изменчивой, но роль расчётливой соблазнительницы (столь противоположная мне настоящей) откровенно меня выматывала. «Проклятый наёмник! Сломал весь план!» Теперь дракон будет настороже, и придётся подгадывать новый момент, чтобы застать его врасплох.

В похожих выражениях хотелось подумать и о Богине, но тут я привычно сдержалась. Да, элементарные заклятия пут забрали слишком много сил даже для ведьмы первой, то есть низшей, ступени. А мои умения, к слову, заслуживали гораздо более высокого места в иерархии Ковена, и если бы не лежавшее на нашем роду проклятие… Неважно. Важно лишь то, что я до сих пор зависела от милости Богини, дозволявшей пользоваться хотя бы малым. И роптать на неё даже в мыслях однозначно не стоило.

Размышляя подобным образом, я доковыляла до своей спальни. Вошла, однако дверь затворила некрепко, чтобы можно было услышать происходившее в коридоре. Слабость подталкивала рухнуть в постель, однако вместо этого я вновь закуталась в шаль, надела домашние туфли (ноги совсем заледенели) и подтащила к двери кресло. Затем почти упала в него и вся обратилась в слух, ловя малейшие звуки, долетавшие из коридора.

Дракон скорее откусит себе язык, чем расскажет, кто оказался настолько глуп, чтобы устроить покушение на маршала империи в его собственном доме. Потому любые сведения мне предстояло добывать самой — я должна была знать как можно больше о происходящем вокруг дракона. И уже с учётом этого знания разрабатывать новый план.

Между тем из коридора донёсся шум открывшейся и закрывшейся двери, тихие шаги — очевидно, маршал вышел из спальни. Однако далеко не ушёл: снова открылась и закрылась какая-то дверь. Кабинет? Возможно, он ведь здесь рядом. Но неужели дракон не станет будить прислугу, расспрашивать?.. Хотя о чём тут расспросишь? Не видел ли кто взбиравшегося по фасаду убийцу? Тогда как же мертвец? Он ведь не может продолжать лежать в спальне, с ним надо что-то делать. Если бы я была из рода Упокаивающих, могла бы попробовать ненадолго вдохнуть в труп подобие жизни и расспросить его обо всём — мёртвые не умеют лгать. Возможно, среди драконов тоже есть кто-то, способный на такое? Возможно, маршал послал за ним? Или за дознавателями — вряд ли он сам станет заниматься расследованием. Вот только кого послал, если слуги до сих пор не знают о случившемся? Снова магия?..