— Правда, слухи про него среди деревенских нехорошие ходят. Говорят, он пытался выкупить это поместье, доказать, что раз хозяина нет, то оно ничьё. Всё наведывался сюда, спаивал управляющего. Кстати, он вдовец, в повторный брак не вступил.

Значит, “друг” управляющего. Нехорошее у меня предчувствие.

— В какую сторону, говоришь, сбежала наша “ведьма”?

— Так она… На восток, но кто же её знает? Давайте не будем об этом, а то аппетит испортим, — отмахивается Беата.

Как же не хватает Васьки. Мне нужна разведка! Но делать нечего, приходится это отложить на потом.

Беата накрывает мне стол отдельно, а потом мы берёмся за работу. Надо привести дом в порядок, прежде чем приглашать в него гостей. Беата сетует, что и платье подходящее надо, а значит, пора стрясти денег с крестьян, но я думаю, что наоборот, пока не пойдёт урожай, надо сделать им налоговые послабления.

В общем, нам нужно время, поэтому первым делом я пишу письма соседям. Мол, приехала и сразу заболела, познакомиться не терпится, но не могу. Напишу позже. Самое необычное — их приходится запаковать в самодельные конверты (с которыми помогает Беата) и запечатать сургучной печатью. Благо, в доме имеется всё для этого, в том числе и печать с гербом рода. А я пусть дальняя, но родственница, так что могу использовать её.

Беата обещает найти самого приличного посыльного из крестьян и забирает письма.

Я же занимаюсь домом. Использую “пылевое” заклинания во всех коридорах и в тех комнатах, где нет хрупких вещей. Беата открывает рот, когда возвращается и видит результат.

— Ну что, магия может быть полезной для женщины? — довольно улыбаясь, спрашиваю я.

— И всё равно, это же риск, госпожа, — сомневается она.

Ничего, со временем она поменяет своё мнение, уверена.

После я иду в библиотеку, чтобы совместить уборку и изучение книг. Надеюсь найти тут что-то полезное, да и, что греха таить, и художественная литература мне тоже интересна.

Вытираю пыль с книг и заодно пересматриваю их. Мне попадается пара книг о природе магии, но внутри скорее философские рассуждения, а не практика.

Одной из последних я беру в руки книгу без опознавательных знаков, и я не сдерживаю любопытства, открываю её.

Это оказывается дневник дедушки Ив. Не личный, потому что на первой же странице обращение к сыну, но почти. В нём предыдущий хозяин поместья описывает, как ему достался этот участок от матери, и предупреждает, что продавать его нельзя. “Только эта земля может дать силу нашей семье, она ценнее любых земных благ и драгоценностей.”

Интересно, что за сила имеется в виду? Уж не магическая ли? Землю автор дневника получил от матери, а передал внучке. Значит, он не против того, чтобы женщины использовали магию?

Кажется несправедливым, что магией тут свободно пользуются только мужчины. Хотелось бы заставить этого непробиваемого дракона-императора признать, что это несправедливо, и поменять законы. Чтобы вторых жён не брали, как минимум.

“А важнее всего сад”, — продолжает автор дневника.

Дальше он рассказывает, как лучше ухаживать за деревьями, и я даже выписываю несколько вещей. Духи тут тоже фигурируют, но дедушка предлагает разговаривать с ними, чтобы они пробудились и напитались силой, что даёт земля.

Интересно, но похоже на пустые суеверия. Впрочем, я сама вчера разговаривала с деревом, так что не мне судить. Люди вообще склонны одушевлять и очеловечивать всё, с чем сталкиваются.

Откладываю книгу, решаю дочитать позже, хотя автор дневника намекает, что чем дальше, тем больше откроется тому, кто это читает. Но мне уже надо переключиться, да и некоторые советы уже хочется попробовать.

Выхожу в сад и на этот раз уже другими глазами. Интуитивно я подозревала, как себя чувствует каждое дерево, но теперь я знаю и вижу больше.

Когда дерево чувствует себя очень хорошо, оно идёт в рост, чтобы в будущем захватить больше света, и разрастись ещё больше. Когда дерево ослаблено, оно выращивает множество плодов, но все они мелкие и больные. Дереву важно дать семена, а не мякоть.

И то и другое не устраивает меня: мне нужен нормальный урожай, максимум от каждого дерева. Очевидно, нужна золотая середина. А духам деревьев, если они есть, придётся это принять.

— Эрнест! — вижу я садовника и машу ему рукой. — Мне нужно, чтобы кое-что раздобыл в деревне.

— И что же, госпожа? — поклонившись, спрашивает он.

— Навоз!

— Боги, помилуйте. Зачем?

— Это же удобрение.

— Но сад и так растёт…

— Эрнест, давай ты его привезёшь для начала, а потом спорить будешь? А ещё срезанную траву и сорняки не выкидывай, перегной делать будем?

— Что? — совсем теряется Эрнест.

— Увидишь. Ещё пару плохих вёдер принеси…

Пока я не попросила ещё чего-нибудь, садовник уходит. Быстро так, решительно. А я принимаюсь за дело.