Содержания в книге нет, так что я открываю страницы наугад и читаю. Сначала, как это бывает, идут легенды об основании мира, потом немного истории из легенд, потом о катастрофе. Что-то вроде нашего всемирного потопа, только раскол земли. Я отношусь к написанному как к сказкам и мифам, пока не встречаю нужное имя. Та самая Ронна Онн упоминается как одна из героев, спасших этот мир от катастрофы. Надо перечитать, на этот раз внимательнее…

— Леди Милл, я пришёл, чтобы проводить вас на ужин, — подходит ко мне дворецкий.

Не вовремя. Я закрываю книгу и кладу её на место. Обязательно вернусь.

Дворецкий провожает меня до малого обеденного зала. Он, конечно, ни в какое сравнение не идёт с обеденным залом в моём поместье: раза в два больше (и называется "малым"), потолок выше и украшен лепниной, много света и простора. На небольшом подиуме в дальней части зала музыканты играют лёгкую ненавязчивую мелодию, а вдоль стен в вазах стоят живые пышные цветы. За столом уже сидит император, меланхолично разглядывая вино в бокале.

— Прошу прощения за опоздание, — склоняю я голову в официальном приветствии.

— Хорошо, что ты осознаёшь свои ошибки. Я успел заскучать.

Сжимаю кулаки. Надо держаться, я помню, что характер у императора отвратительный. Натягиваю улыбку и сажусь за стол…

— К сожалению, к нам присоединится моя мать. Почему-то она решила, что у меня к тебе повышенный интерес, — лениво говорит Тэнмар.

Но по взгляду видно, что он следит за моей реакцией.

— Не волнуйтесь, Ваше Величество, я уже успела поговорить с императрицей. Она убедилась в полном отсутствии моего интереса к вам.

Добавляю после фразы милую улыбку и с удовольствием наблюдаю, как Тэнмар хмурится. Кажется, всё то время, пока я буду здесь, я буду балансировать между желанием поставить его на место и осторожностью.

— Ваше Величество, не могли бы вы в двух словах рассказать, зачем именно я вам понадобилась? — продолжаю я.

— Не мог бы, — отрезает Тэнмар.

И принимается есть. Настроение ему испортила?

— Понимаю, разговор, должно быть, такой важный, что за ужином его обсуждать неудобно.

Я стараюсь не смотреть больше на императора, принимаюсь за еду. Сосредотачиваюсь только на своей тарелке и думаю о том, что Тэнмар отвратителен в общении, и ему повезло, что он император. Или это и есть причина его характера?

— Не любите сладкий перец? — вдруг переключает он моё внимание.

— Простите? — поднимаю на него взгляд.

— В его избегаете. Попробовали из овощной тарелки всё, а до перца так и не дотронулись.

Смотрю на сиротливый нарезанный полосками перец и понимаю, что Тэнмар прав. Но почему он к этому решил придраться?

— Иногда я его ем, просто не хочу именно сегодня, — пожимаю плечами.

Какой внимательный. Нет бы проявлять это внимание настоящей Азалии, а не посторонней женщине после побега жены.

— Знаете, вы правы, — мстительно ковыряю я вилкой ничем не повинный кусок мяса, — есть некая неприязнь к перцу у нас в семье. Императрица тоже, наверное, его не любила?

Поднимаю взгляд и наблюдаю за реакцией Тэнмара. Он сдерживает вздох.

— Не знаю. Она бы съела всё и ничего бы не сказала. Но, боюсь, не из-за того, что ей нравилось.

Я даже немного зависаю над его ответом. Он… недоволен, я правильно поняла? Недоволен тем, что его жена ела всё подряд?

— Это плохо? — Рискую я задать вопрос.

— Плохо, что так было везде, — Хмыкает он. — Я будто был женат на безучастном големе. Не знал истинных желаний собственной жены, а ведь наверняка они были.

— А что вы сделали, чтобы узнать? — Вырывается у меня.

В глазах Тэнмара мелькает огонёк. То ли интерес, то ли угроза. Кажется, я сболтнула лишнего.

— Прошу прощения, это не моё дело. Уверена, всё наладится, когда вы вернёте императрицу во дворец, — отвожу я взгляд.

Вот и аппетит пропал. Тэнмар не сводит с меня глаз, и я не понимаю, чего он прицепился? Ну, полезла немного не в своё дело, так он первый начал откровенничать!

— Что-то не так? — Решаюсь я поднять глаза.

— Это я хотел спросить. Теперь вы совсем не едите, только крутите вилку.

Сжимаю ту самую злосчастную вилку и стараюсь скрыть раздражение за улыбкой. А самой так и хочется повысить голос: “Так это из-за того, что ты пялишься, идиот”.

Он не осознаёт, что обычные люди могут бояться гнева императора и реагировать слишком чувствительно?

— Вы не ответили, когда я извинилась. Вы злитесь?

— Признаюсь, немного злился. Но вы правы. Я не спрашивал Азалию о её предпочтениях.

— Дело же не только в этом, — мягко говорю я. — Она бы вам сама рассказала, если бы чувствовала себя в безопасности.

Опять я ляпнула, а потом подумала. Тэнмар смотрит с откровенной угрозой. Вот теперь он разозлился.

— Хочешь сказать, ей было небезопасно в собственном дворце?