После того инцидента всё было спокойно. Я сохранила пуговицу, потому что надеялась найти по магическим следам того, кто это сделал. Когда Азалия использовала магию, Тэнмар как-то это зафиксировал при помощи магов, значит, после использования силы что-то остаётся.

Я вычитала в книге и поставила на участок защиту. Но проблема в том, что надо будет снять её, когда приглашу соседей, чтобы не выдать себя.

Как я и думала, слуги не очень поняли мои “медитации” на земле, в воде и на крыше. На огонь я смотрела, находясь в кабинете и зажигая свечу. Не сразу, но я начала чувствовать и различать энергии всех стихий, и начала наполнять ими ядро. Отставал только огонь, но я не хотела зажигать камин или большой костёр, а свечки, видимо, мало, чтобы понять эту стихию.

Я пока не понимаю, почему в этом мире женщины не изучают магию. Это же так удобно! Но, обратившись к памяти Азалии, я знаю, что в магические школы и академии не берут девушек. Ладно, допустим, императору нужна “пустая”, но остальным-то какая разница? Узурпатор этот Тэнмар.

А ещё я много думала, как продать лимоны, и по всему получается, что мне придётся съездить в город и навестить там тётушку хотя бы раз. Но сначала сделать всё необходимое здесь.

Мы окончательно привели в порядок крышу и дом, покрасили перила, почистили дорожку и беседку, и вид стал совсем другим.

Когда созрели первые лимоны, я написала письма соседям с приглашениями. Я практически готова к первому шагу: показать людям из этого мира, как можно использовать лимоны! С чего бы мне лучше начать? Лимонный пирог и чай? Или запечь рыбу?

— Госпожа, вам пришёл первый ответ! — В кабинет залетает радостная Беата.

— От кого? — отвлекаюсь я от списка блюд.

— Ох, — Беата мгновенно теряется. — Это от герцогов Пауэр. Нет… От их дочери.

— Кассандры? — вспоминаю я блондинку, которую увидела в момент появления в этом мире рядом с Тэнмаром.

Я отправила письмо в их поместье из вежливости, уверенная, что там никого нет. Что она делает в такой глуши, она же там собиралась соблазнять моего мужа?

— Надеюсь, это отказ, — бормочу я, беру и раскрываю письмо.

Это не отказ. Это вежливое, но немного токсичное письмо, суть которого примерно такая: “Я тут только что из дворца приехала, мне неинтересны провинциальные глупые посиделки, но делать всё равно нечего, так что я приеду”. Разумеется, это облечено в более красивые выражения, но ими меня не обманешь.

— Беата, — зову я растерявшуюся служанку. — Насколько я похожа на себя прежнюю?

Она всматривается в моё лицо и фигуру.

— Вы немного похудели и стали милее. Вы похожи на себя прежнюю, когда только объявили о вашей помолвке с императором.

Блин. Значит, если с памятью проблем у Кассандры нет, она может меня узнать. Лучше перестраховаться.

А ещё и сама Беата! Её тоже могут узнать.

— Наложим иллюзию. Ты и я, — встаю я с кресла.

— Но… Вы, кажется, упоминали, что вам нельзя использовать магию при посторонних.

— На этот случай у меня есть помощник, — улыбаюсь я и глажу задремавшего на столе Ваську. — Давай посмотрим, что у нас с платьем?

— Конечно! Меня беспокоит, что мы отрезаны от столицы и мода могла поменяться, поэтому я использовала классику. Взгляните!

У Беаты оказался талант к шитью. Или же она так хотела, чтобы всё прошло на высоте, что приложила максимум упорства. Я знала, что всё это время она шила по ночам, без машинки (хотя тут их уже изобрели, но они не распространены), вручную. Она несколько раз переделывала части платья, но в итоге получилось неплохо.

Беата показывает мне итоговый вариант, украшенный вышивкой и цветами из воздушной ткани, и я понимаю, что вид совсем другой. При этом платье не вычурное, не для бала, а вполне подходящее для “провинциальных” посиделок.

Беата и сама рада тому, что получилось. Но стоит мне снять платье, как её улыбка гаснет.

— Есть ещё одна проблема, госпожа, — говорит она. — Мы её успеем нанять компетентного дворецкого. А без него будем выглядеть как… Как бедняки.

— Ничего, есть у меня мысль, — отмахиваюсь я. — А пока позови в дом Эрнеста.

Беата поджимает губы, но приказ исполняет. Думаю, я держу её не только из-за того, что опасно отпускать, ведь она всё знает, но и из-за преданности. Если даже недовольна, она не спорит и делает всё, что я говорю.

Садовника я уже какое-то время тренировала, используя память Азалии. Осанка, стандартные фразы и поклоны. Он способный и быстро схватывал. Я провожаю Эрнеста в гардеробную и выдаю ему костюм, который нашла недавно в пыльном ящике.

— Госпожа, вам ещё не поздно отказаться от этой идеи, — переминается он с ноги на ногу. — Иногда гостей встречают экономки…

— Сначала примерь, — отрезаю я и закрываю его в гардеробной.

— Я буду в этом как слон во фраке, — бормочет он из-за двери.