— Просто упрямится, и всё! В прошлый раз ваш чай помог. Мы заварили такой же, добавили дольку лимона, но она отказывается пить!

Меня терзают смутные сомнения. А не специально ли императрица хочет отказаться от лечения? Подумаю об этом позже.

— В прошлый раз я заварила лист лимона, а сейчас у нас его нет.

Вообще-то, есть, но я думаю, бесполезно будет тратить его вот так.

— Вот оно в чём дело, — ещё больше расстраивается он. — Тогда ей ничего не поможет? Только ждать?

— Почему же, обычный лимон должен помочь. Давайте так…

Я рассказываю повару, что, возможно, в первый раз мы были неправы: дали слишком резко большую дозу “лекарства”. Теперь предлагаю лишь немного добавлять лимонный сок в еду императрицы. Ведь его можно использовать и для мяса, и для рыбы, для салатов и для сладостей. Даже в чесночный соус добавляют сок лимона! По крайней мере, в один из рецептов.

Не знаю, как намекнуть повару, и при этом не выглядеть подозрительной, что императрице весь состав блюд знать не обязательно. Что-то мне кажется, она тогда от всего начнёт отказываться. Если она хочет “подавить” магию, как я предполагаю.

Я увлекаюсь и вместе с поваром пеку лимонное печенье. Про чай вспоминаю, только когда уже почти всё готово, а я понимаю, что хочу пить. Прошу заварить мне что-то успокаивающее и прощаюсь с поваром на сегодня.

В комнате я не нахожу Васьки, под окном тоже. Он долго, и я начинаю беспокоиться. Выхожу, чтобы пройтись и поискать его.

Но почти сразу натыкаюсь на идущего в мою сторону Тэнмара.

— О, леди Милл, — останавливается он напротив меня.

Что-то в нём не так, как обычно. В глазах нет той ехидцы, и даже подозрительности нет, в них что-то вроде грусти или разочарования. Плечи чуть опущены, как и уголки губ. Кажется, ни разу я не видела подобную эмоцию на его лице. Но больше всего меня поражают слова императора:

— Должен перед вами извиниться, — меланхолично говорит он. — Я ошибся, Ваши лимоны оказались бесполезны.

Что? Мои лимоны и бесполезны? Быстрее, чем понимаю, что творю, я набираю воздуха в грудь и делаю шаг к Тэнмару.

— Это не та! Вы просто не имеете терпения, чтобы увидеть результат.

— Результата нет, — меланхолично отвечает он. — Были временные улучшения, не факт, что связанные с лимонами.

—Хотите сказать, это совпадение? — Выгибаю я бровь. — А может, сначала надо это проверить? Раз уж взялись за дело и заставили меня сюда приехать, имейте совесть довести всё до конца!

— Хах, — Тэнмар прикрывает глаза и трёт лоб, будто у него разболелась голова. — Леди Милл, я знаю ситуацию лучше.

— Не уверена. Вы знаете, что императрица-мать получает в Храме? И как это на неё влияет?

Он поднимает голову и прищуривается, внимательно глядя на меня.

— Хотите сказать, вы знаете? И поняли это только один раз поехав вместе с матерью в Храм? — Скептически спрашивает дракон.

Вот теперь я понимаю, что в пылу спора сболтнула лишнего. Но что именно ему не понравилось? И что именно он сам знает?

— На самом деле, я мало что понимаю, только предполагаю, — примирительно говорю я. Делаю я тактическое отступление. — Может быть, мы присядем и поговорим? Вы объясните, почему посчитали бесполезными мои лимоны.

— Пройдёмте в кабинет, — кивает Тэнмар.

Второй раз за день я оказываюсь в кабинете императора. Только теперь за окном уже начинаются сумерки, и я чувствую себя совершенно измотанной. Слишком длинный день.

Император зачем-то закрывает шторами окна, развязав удерживающий их шнурок. Достаёт из шкафа бутылку вина и открывает её.

Это мало похоже на деловой разговор, и я не тороплюсь садиться. Первый порыв “за всё хорошее и против всего плохого” прошёл, и тут вдруг вспомнилось, что император мне не доверяет. А значит, слишком много ему лучше не рассказывать, иначе это может быть использовано против меня.

— Будете вино? — Буднично спрашивает Тэнмар, доставая бокал.

— Откажусь. Я думала, мы просто обсудим ситуацию, и на этом всё.

— Так и есть. Ситуация такая, что без вина будет сложно её принять.

Он садится в кресло, наливает себе вино. Я всё же присаживаюсь на диван, но подальше от дракона.

— Это началось после смерти предыдущего императора. Сначала редко, потом всё чаще. А когда я полноправно занял трон, сразу пошли эти приступы и частые болезни, слабость.

Он замолкает и смотрит на бокал, слегка покачивая его в руке. Интересно, почему он своего отца назвал так официально? Впрочем, это не моё дело.

— Думаю, вы пытались найти причину? — Подталкиваю я Тэнмара на разговор.

— Да, сменили несколько лучших врачей. Пока не выяснили, что это сбой, вызванный негативным влиянием магии. И ничего не сделаешь.