Гостей было немного, не больше тридцати, все они так или иначе собрались кружком вокруг цветоносных — даже если переговаривались друг с другом. Церемониймейстер огласил ее имя, чем привлек внимание всех без исключения. Горданцы чуть расступились, дав Джуно возможность пройти к семье Господина Горданы. Она присела в местном реверансе. Санару сказал несколько ничего не значащих слов — о том, какая Джуно дорогая гостья, и как они рады ее присутствию во дворце — затем ее отпустили.

Почти сразу к ней подошел Нику. Он, кажется, обвесился всеми железками и камушками, что у него имелись

Серебряное ожерелье с искусно выложенным узором из миниатюрных бриллиантов, устье с сапфиром на нижней губе, перемычка на переносице с цепочками, уходящими от нее за уши, подвеска на лбу, камни в волосах… Это только часть того, что Джуно успела разглядеть во время разговора.

Нику заявил, что в последние дни был занят на военных сборах, которые проводились в Гордане раз в год.

— И что вы там делали? — поинтересовалась Джуно.

— Маршировали. Лично я командовал парадами, конечно, — хмыкнул он, поправив ярко-голубые волосы, — а солдаты просто ходили взад-вперед. Скучнейшее дело, должен сказать. На стрельбище было поинтереснее…

— Ваша Милость, вы сейчас выдадите нашей гостье все секреты Земель, — будто бы с юмором произнес бесшумно подплывший к ним советник.

Нику рассмеялся.

— Думаю, и в Бранке военные сборы проходят именно так?

— Откуда мне знать, меня папа на такие мероприятия не таскает, я больше люблю балы, — улыбнулась Джуно, скрывая раздражение на советника за такой же притворной веселостью.

В целом, да, сборы проходили достаточно скучно: однажды она напросилась с отцом, и сто раз пожалела. Погода была типично бранковская: мелкий дождь, сильный ветер. Бедные солдаты маршировали, как будто не замечали стихии, но на лицах их было написано страдание. Джуно пряталась в повозке, а потом три дня не вылезала из своего коттеджа, пока папа катался на полигон.

— Я не сказал ничего особенного, советник, не тревожьтесь, — явно не воспринимая слова Аязелу всерьез, отозвался Нику.

Советник почтительно кивнул, а затем обратился к Джуно:

— Я хотел бы дать вам возможность поздороваться с человеком, которого вы знаете… — заявил он и жестом предложил пройти с ним.

Глава 16. В которой Джуно снова подслушивает

Она стиснула зубы, но спорить не стала. Он подвел ее к невысокому мужчине в длинном многоцветном балахоне со множеством сплетенных из ниток пестрых кисточек.

— Господин Код ди Яр! — не без удивления произнесла Джуно.

Он обернулся и расплылся в улыбке.

— Госпожа Монтен-Блум. Какая радостная встреча.

Краем глаза Джуно увидела, как удовлетворенно кивнул Аязелу. Значит, все еще сомневался в ней. Решил убедиться, что ему не подослали подделку с заблаговременно нанесенной татуировкой, в точности как у настоящей Джустины Монтен-Блум. Параноик.

И лжец. Как говорил папа, человек тем меньше доверяет людям, чем больше лжет сам.

Поэтому в последнее время Джуно не доверяла никому и ни в чем.

Но ее-то принудили к такой двойной жизни, а советник сам строил свою политическую карьеру.

Она мило побеседовала с Код ди Яром, затем ее представили еще нескольким горданцам. Круговерть лиц, разговоров. Было сложно поддерживать образ. Выглядеть дурочкой перед таким количеством посторонних людей — не то же самое, что водить за нос Аязелу.

Поэтому Джуно решила побольше молчать. Не совсем отказываться от разговоров, конечно, но отвечать односложно, не вступать в беседы, если можно остаться в стороне, не высказывать свое мнение.

Советник все время терся рядом, не давая ей свободно вздохнуть.

— У меня только один вопрос, — во время одной из бесед произнес лорд Уайден, новый знакомый Джуно и, кажется, приятель Нику. — В Бранке все девушки так невероятно красивы?

Джуно изобразила вежливую улыбку. Но почему-то все смотрели так, будто и правда ждали ответа.

— Я не знаю, — сказала она тогда. — А в Гордане все мужчины так неумело делают комплименты?

Двое — Нику и Аязелу — усмехнулись, видимо, радуясь, что не только им досталось от прямолинейной дочери народа Бранки. Лорд Уайден в смятении стал оглядываться, будто ища помощи. Другие гости принялись перешептываться. Наверняка обсуждали, как невоспитана и груба оказалась эта девица.