И чем тогда были интересны Магендские хребты? Спрашивать напрямую Джуно боялась.

— И даже нет никаких… не знаю… шахт?

— Да, шахты имеются в одном месте, там добывают квасцы для закрепления красителей, а чуть подальше — медь.

— И кому они принадлежат?

— Квасцы — Бранке, медь — Гордане.

Джуно была уверена, что эти шахты находились в районе Магендских хребтов. Но что с того?

— Хотя шахты-то подземные, пролегают глубоко в горах. Границу чертили по карте: хребет и хребет. А то, что потом под землей проработка будет уходить глубже в породы, никто не думал. Так что сейчас, наверное, это формальность. А где чья территория, уже и не разобрать…

Вот оно. Джуно чувствовала, что нащупала что-то важное.

— А кто… — начала она, но ее прервал Советник, грубо вмешавшийся в разговор.

— Вы так увлеченно беседуете, могу ли я узнать, о чем?

— Госпожа Монтен-Блум заинтересовалась…

Прежде, чем Код ди Яр успел выдать тему разговора, Джуно сложила руки на груди. При этом она будто бы неловко задела Аязелу, отпрянула и так “неудачно” столкнулась с официантом. Посуда упала с его подноса, раздался звон, все обратили внимание на их группу. Началась суета. Разговор с Код ди Яром был забыт.

Вскоре вечер Джуно закончился.

---

Дорогие читатели, познакомьтесь с еще одной историей, которая выкладывается в рамках литмоба "Под опекой врага":Марго Арнелл "Мой любимый незнакомец"

Читать здесь:

https:// /shrt/QDR8

Глава 18. В которой Джуно оказывается у Аязелу дома

Отец долго не отвечал. Настолько долго, что Джуно сама выяснила почти все, что ее интересовало.

Начало было положено на следующий же день после бала. Вместе с Боно они сели в присланный за ними экипаж и вскоре прибыли к дому Аязелу. Он встретил их в просторном холле, отделанном деревом.

— Хм, — лишь сказала Джуно, оглядевшись.

Он, кажется, и не ожидал большего, жестом предложил пройти в столовую, где в центре просторного помещения с огромными окнами стоял овальный стол.

Горданский цвет в этом доме использовался сдержанно, но зато как! Тут гобелен с вплетеной голубой нитью рисовал пейзаж в виде мощного дуба на фоне ясного неба. Там под стеклянным куполом — миниатюра дворца, инкрустированная драгоценными камнями и крошечной черепицей истинной лазури. Наверняка подарок от Цветоносных за верную службу.

Белоснежный фарфор на иссиня белой скатерти был покрыт тонким, изящным рисунком насыщенно-голубого цвета. Обивка мебели сочетала оттенки серебра, сизого, синего и лазурного.

Боно привычно заняла место на небесного цвета кушетке, достала вязание и принялась за дело.

Советник отодвинул для Джуно стул, а когда она села, якобы случайно коснулся ее оголенного плеча. Они с Боно специально выбрали открытое платье, чтобы немного помочь этому завоевателю.

Итак, цель вечера была следующая: позволить Аязелу обаять Джуно, заставить его думать, что он на верном пути. Но в то же время не сдаваться без боя! Дать ему возможность поиграть в соблазнителя. А заодно обследовать дом и, возможно, найти что-то полезное.

— Ваш особняк выглядит… нормально, — сообщила Джуно.

— Вы ожидали чего-то иного?

— Я просто пытаюсь быть вежливой. Как гостья, я должна что-то сказать про дом.

— Ах. Благодарю.

Он не был благодарен и вообще не был заинтересован в ней. Джуно чувствовала это и даже немного сердилась. Хорошо, допустим, ему казалось, что она глупа. Но люди всегда делали комплименты по поводу ее внешности: неужели этого истукана ни чуточку не восхищали ее миленькое лицо и изящная фигура?

Джуно раздраженно сложила руки на коленях, даже не думая взяться за приборы.

— Что-то не так? — вежливо уточнил Аязелу, явно с нетерпением принимаясь за салат.

— Все не так.

Она поглядела в окно.

К ней подошел официант, молчаливо ожидая, подаст ли она знак забрать тарелку. Аязелу махнул рукой, чтобы тот ушел прочь.

— Как я могу исправить это? Больше всего я мечтаю сделать этот вечер приятным для вас.

“Объясните, что Гордана забыла в Магендских хребтах. И отпустите домой”.

— Все здесь мне опостылело. Я сижу целыми днями в своих комнатах. Почти ни с кем не разговариваю.

— Вчерашний бал должен был немного приободрить вас.

— Если только немного. Но сегодня все еще хуже. Тоска, жуткая тоска.

Она встала и прошла к окну. Там, по другую сторону стекла, ходили люди, ездили повозки. Оживленная улица. А здесь, в этом огромном пустом коттедже, все будто замерло, умерло. Ею и правда овладела тоска. Надо же, как она вжилась в роль!

Аязелу, как Джуно и надеялась, вздохнув, отложил вилку с ножом, встал и подошел к ней.