— Будет лучше, если мы не будем разговаривать до отъезда. Вы знаете, как важны переговоры, я должен быть сосредоточен, но мысли о вас отвлекают меня от работы, мешают спать, влияют на решения. До поездки держитесь от меня подальше.

Такого Джуно не ожидала. Не то чтобы она была против — наоборот. Пауза и ей дала бы возможность решить, как поступить с подслушанной информацией.

И все же она уточнила:

— Мы две недели жили вместе в замке.

— Тогда я знал, что не имею права прикасаться к вам. Теперь мой разум постоянно напоминает мне, что вы моя. Этому сложно противиться, и мне это сейчас не нужно.

— Хорошо, — кивнула Джуно.

Он язвительно промычал и потер переносицу.

— Что ж, спокойной ночи, — сказал Аязелу, подошел к ней, застывшей на месте, и нежно поцеловал в щеку.

— Спокойной ночи, — выдохнула она в его ухо.

Аязелу не спешил отстраниться и уйти прочь. Джуно услышала, как он вдыхает ее запах.

Его протяжное “м-м-м” почти заставило ее потерять голову.

— Вы можете поцеловать меня, если хотите, — шепотом предложила она. — А потом уйдете.

Это заставило его рассмеяться, он прижался лбом к ее плечу, сотрясаясь от смеха.

— Спокойной ночи, — повторил Аязелу и, не глядя на Джуно, ушел из комнаты.

Глава 52. В которой все хотят принять ванну

Весь последний день перед поездкой Джуно готовилась к путешествию. На следующее утро они выезжали из особняка с рассветом, их ждало два дня в пути, и это требовало решения многих вопросов, от сбора вещей до подготовки провизии.

Аязелу тоже остался дома, он работал у себя в кабинете, но не выходил ни завтракать, ни обедать. Слуги приносили ему еду прямо туда, Джуно видела, как они таскали подносы.

По своему проекту она раздала последние указания еще накануне, поэтому могла теперь бездумно слоняться по особняку, перебирая в голове возможные варианты решения своей маленькой, но сложной задачки. Аязелу решил выставить Карнаву третьей, незаинтересованной стороной, которая должна была сохранить независимый статус хребта. Для Бранки это должно было прозвучать справедливо. При этом Гордана договорилась с землями Цитрона о сделке: те получат возможность иметь там собственный торговый путь, взамен дадут Гордане контроль над “независимым” хребтом.

И Джуно надо было решить, рассказать папе об обмане или не рассказать.

Причина ее сомнений была в том, что решение Аязелу в общем-то не причиняло большого вреда Бранке. По крайней мере, все остальные варианты вели либо к военному столкновению, либо к еще большим потерям для ее земель. Переговоры могли стать бесконечными, казалось, в них невозможно достичь компромисса.

То есть, молчанием она могла помочь поддержанию мира, но вместе с тем как будто предавала отца. Раскрытием плана Горданы она давала ему возможность самостоятельно решить, как поступить, это было честнее, но так она как будто предавала Аязелу. И, что более существенно, осложняла переговоры.

В конечном счете Джуно решила добиться разговора с папой до официальных встреч. Узнает, что планировала Бранка — решит, как быть.

Приняв решение, она почувствовала себя лучше, спокойнее. В одиночестве поужинав в столовой, вознамерилась принять ванну. Слуги уже должны были набрать воду. Джуно не терпелось скинуть платье и расслабиться. Она начала расстегивать крючки на корсете, когда открыла дверь и застыла. Перед ней без сюртука и без рубашки, в одних только брюках стоял Аязелу. И, судя по позе, в которой он застыл, Джуно вошла вовремя: минутой позже она наблюдала бы куда более откровенную картину.

— Что это у вас за привычка, вламываться ко мне, когда я в ванной? — уточнил он с ухмылкой, перестав развязывать шнуровку на брюках.

— Но… но… ее приготовили для меня.

Аязелу посмотрел на подкрашенную голубым воду, на Джуно.

— Хм. В самом деле? Прошу прощения. Не привык делить эту ванную с кем-то еще.

Она виновато улыбнулась.

— Удивился, что слуги так угадали мои желания, — пояснил он.

— Но вы можете… — неловко начала она.

— Нет, нет, конечно же нет.

Он подцепил рубашку и сказал:

— Я потом. Проходите.

Джуно шагнула внутрь. Она даже не пыталась скрыть, что разглядывала его тело. Ей было слишком любопытно. Торс Аязелу был подтянутым, стройным, кожа светлой, на руках просвечивали голубые вены. На груди и животе выделялись несколько маленьких родинок.

Заметив ее интерес, он развел руки в стороны и повернулся вокруг своей оси.

— Пойдет?

Что сказать на это? В запасе не было ни одного остроумного ответа, а другие как будто не годились. Она просто молчала, продолжая глядеть на него.

— Окажете ответную любезность? — спросил он, махнув рукой в ее сторону.

Джуно покачала головой.

— Какая несправедливость…