— Белые ходят первыми. Прошу, — он был грозен и насмешлив одновременно.

Надя не стала мудрить. Начала стандартно: е2-е4. Эрланд двигал свои фигуры в ответ, практически не глядя на доску, уверенный, что противница даже не уловила суть игры. А зря. На четвёртом ходу он получил классический детский мат.

— Ваше Величество, ваш король повержен.

Ни один мускул не дрогнул на лице Эрланда, когда он посмотрел на доску. Да, скалоподобный умеет прятать чувства — это Надя уже поняла. Но каким бы непробиваемым ни был его взгляд, она знала — Эрланд поражён и зол. В общем, поверженными оказались оба короля: и шахматный и Пятый. Но Надежда не особо обольщалась. Каменную глыбу невозможно прошибить одной маленькой ехидной победой.

— Вы ведь умели играть?

— Да. А вы, я вижу, склонны недооценивать противника. Может, ещё одну партию? Не хотите отыграться?

Не дожидаясь согласия, Надя начала расставлять фигуры.

— Хорошо. Но как только партия закончится, вы покинете этот кабинет и наше королевство.

Какое гостеприимство. Видимо, из тех двух чувств: гнев и интерес, под властью которых находится Его Величество, в данный момент верх взяло первое.

В этот раз Надежда не спешила делать ходы. Она знала, что теперь, когда король сосредоточен на игре, он с лёгкостью выиграет. Надя не была сильна в шахматах. Трюк с детским матом, которому когда-то, ещё в детстве, обучил её папа — это был, к сожалению, весь её арсенал.

Что же делать?

— Не хотите сразу признать поражение? — опять гнев и насмешка в одном флаконе. — Вы так долго думаете над каждым ходом — мне жаль вашу хорошенькую головку.

А что Наде остаётся? Оттягивает время. Ещё несколько ходов и король поставит мат. Партия закончится. Тогда — прощай Тай-Наиль, прощай интересный клиент и прощай высокооплачиваемая работа.

— Вам скучно, пока я обдумываю ходы? Могу развлечь вас историей.

Точно! «Тысяча и одна ночь». Шахерезаде тоже попался царь, в котором боролись гнев и любопытство. Не воспользоваться ли её рецептом?

Надя взяла шахматную «королеву», но не спешила поставить её на одну из клеток доски.

— Моя история о Королеве, — начала Надежда, крутя фигурку в руках. — Она красавица. Тело как у самой богини любви. Она будто создана для услады мужских взглядов. Ей всего двадцать пять. Она лежит в супружеском ложе и поглядывает на часы, которые освещает лишь свет луны. Её супруг, тридцатипятилетний Король, крепко спит. Стрелки соединяются на цифре двенадцать, и Королева тихонько поднимается с кровати. Она знает, что супруг не проснётся. Она подсыпала ему в бокал с вином снотворное. Но всё равно Королеву колотит от волнения.

Она укутывается в меховую накидку, зажигает свечу и на цыпочках подходит к своей гардеробной. Просторный шкаф, размером с маленькую комнату. Платья, платья, платья. Пробирается сквозь их ряды к стене. Там потайная дверь. Про неё не знает никто: ни слуги, ни супруг. За дверью лестница. Королева спускается по ней. Колени дрожат, сбивчивое дыхание едва не гасит свечу. Она быстро идёт узким тёмным коридором и останавливается у небольшой дверки. Сердце выпрыгивает из груди. Она знает, там, за дверью, её ждут.

— Любовник? — предположил король.

— Разве это ваша история? — строго сдвинула брови Надежда.

Эрланд покорно замолк, но через секунду всё же не выдержал:

— Зачем же ещё королеве усыплять мужа и сбегать через потайной ход?

Надя не стала отвечать на вопрос, просто продолжила историю.

— За дверью её ждёт королевский врач…

— Королева больна? — тут же снова перебил Эрланд. — Но ведь она молода.

Надежда видела искры неподдельного любопытства. Эрланд пятый заинтригован. Самое время закончить первый сеанс.

— А об этом, Ваше Величество, вы узнаете завтра. Если, конечно, придёте доиграть партию, — Надя указала глазами на доску, фигуры на которой замерли ровно в том положении, в каком были на начало её истории. — Доброй ночи.

Она поднялась и вышла из кабинета.