— Волков бояться — в лес не ходить, — улыбнулась Надя.

В смысле, каменных глыб бояться — Советником не работать.

Лизи расчесала волосы и разделила на несколько прядей. Каждую подкрутила нагретыми на углях щипцами — ещё одно испытание не для слабонервных.

— А жаль, что это не вас назвал Его Святейшество Освальд, — неожиданно выдала она, закрепляя пряди в высокую причёску. — Мне бы так хотелось, чтобы вы стали нашей королевой.

Вот это признание! Ну, не прелесть эта Лизи? Надя — королева Тай-Наиля… да такое в страшном сне не приснится…

Сегодня Эрланд лично сопровождал Надежду в королевскую ложу. Дождался, когда она выйдет из дворца, и повёл к трибунам, предварительно окинув фирменным взглядом снизу вверх ярко красное платье, в которое Лизи нарядила Надежду по поводу «конца света» или что там её сердце на сегодня предчувствовало?

Король шёл молча. Выглядел как всегда монументально и спокойно. Хотя «как всегда» тут уже неуместно. Вчера Надежде удалось увидеть Его Грозное Величество настоящим, без брони, во власти переполнявших эмоций. Он так и не ответил ей на вопрос, которым закончился их сеанс. Велел идти, оставшись с этим жутким вопросом наедине. Надя догадывалась — история терзала Эрланда всю ночь. Невольно она задела какие-то болезненные струны в душе короля.

Вельможи уже были в ложе, когда Надежда и Эрланд зашли. Что интересно, место, с которого Надя смотрела вчера состязания, пустовало — никто из свиты на него не покусился. Более того, господа проявили верх любезности — поприветствовали поклонами головы, в частности и Арчибальд. Неужели смирились? Или это только красивые мины, чтобы не злить короля, а при первой же возможности Наде отвесят новую порцию издёвок?

Третий тур рыцарского турнира представлял собой состязания по метанию копья. Напряжение и на трибунах, и среди участников зашкаливало. Основной вопрос дня, конечно, был в том, кто из двух блондинов-рыцарей возьмёт сегодня верх и станет не только победителем дня, но и победителем всего турнира.

Без лорнета было видно, как кипит адреналин в жилах братьев. Они поглядывали друг на друга вызывающе. А младший ещё и Наде время от времени посылал пылающий взгляд.

Рыцари совершили серию бросков. Вильгельм и Феликс шли ноздря в ноздрю. Трибуны, как и в прошлые дни состязаний, больше ревели, когда демонстрировал умения старший брат. А Надя по-прежнему болела за младшего. Она так увлеклась, что не заметила, откуда в королевской ложе взялся невысокий невзрачный мужчина средних лет в сером дорожном камзоле.

Он материализовался перед Эрландом и протянул конверт, скреплённый сургучной печатью. Почему-то именно в этот момент Наде вспомнилось, как утром причитала Лизи: «Вот чует моё сердце, что-то сегодня случится».

Его Грозное Величество и без того сегодня грозный стал ещё грознее. Распечатал конверт, достал письмо и быстро пробежал глазами строчки. Надя следила за выражением его лица, но не смогла понять, что там за слоями брони. Эрланд сумел остаться непробиваемо-каменным. А может, ничего особенного он и не прочёл? С чего Надя взяла, что послание важное?

Король сложил листок назад в конверт и сунул его в карман камзола.

— Какие будут распоряжения? — тихонько осведомился серый письмоносец.

— Распорядись подготовить мне свежего скакуна.

Тот мгновенно исчез.

— Господа, — обратился Эрланд к свите. — Вынужден ненадолго покинуть турнир. Надеюсь, за время моего отсутствия ничего не случится. Но, так или иначе, процедура требует, чтобы я оставил ответственного за проведение состязания. Своим полномочным представителем по этим вопросам назначаю своего Советника…

Арчибальд важно приосанился и качнул головой в знак того, что готов взять ответственность.

— … Надежду.

Король стремительно вышел из ложи, оставив свиту выпученными глазами взирать на Надю. На лицах вельмож пропечатался вопрос в духе: «Вот это недоразумение в красном платье, вот этот глупенький божий одуванчик, оставлен за старшую на рыцарском турнире???» Господа, могли бы и не пялиться так очумело. Надя сама пребывала в шоке. Оставалось надеяться, что, во-первых, Эрланд уехал действительно ненадолго (может речь всего-то про десять-двадцать минут), а, во-вторых, в отлаженном механизме рыцарского турнира не произойдёт ничего такого, что потребовало бы вмешательства. Но почему-то в голове опять навязчиво всплыли слова Лизи: «Вот чует моё сердце, что-то сегодня случится».