— Ощущение, что земля уходит из-под ног. В голове крутятся мысли, что тобой играют, — он говорил тихо, и от нежности его голоса, от его близости у меня колени сводило в нервной дрожи. — Я не могу изменить то, что уже сказано. Но могу дать тебе один выбор и… — он помолчал и чуть повёл шеей, — и одно обещание.

Принц отпустил мою голову. Положил руки на подлокотник кресла, в котором я сидела и, неожиданно для меня, расслабленно выдохнул.

— Нет, — он покачал головой и так обезоруживающе улыбнулся, что мне захотелось протереть глаза. — Я не могу дать тебе выбор. Не могу позволить тебе сказать «нет», потому что хочу, чтобы ты была рядом. Чтобы мы были вместе.

Он сделал паузу, продолжая вглядываться мне в глаза.

— И я хочу, чтобы то, о чём объявил король, стало правдой. Я сделаю всё…

Он медленно встал и теперь нависал надо мной, упираясь уже двумя руками в подлокотники кресла.

— И это моё обещание, — его лицо было так близко, что мне пришлось отклониться, вжаться спиной в бархатную обивку кресла. Его дыхание опаляло. Его руки запирали. Его словам невозможно было поверить и, вместе с тем, очень хотелось. — Я сделаю всё, чтобы твоё «да» было искренним и полным любви. Ко мне.

Он склонился ещё ниже и коснулся губами моей щеки. Невесомо, как дуновение ветра, но мой мир перевернулся с ног на голову. Сердце рвалось из груди, бешеным стуком отдаваясь в виски, уши, горло, в каждый кончик пальцев.

Руки онемели, потеряв всякую связь с телом, которое внезапно оказалось сотканным из одного огненного ощущения — прикосновения его губ.

Принц чуть отстранился.

— Я обещаю, — прошептал он мне прямо в губы и накрыл их своими.

Он коснулся мягким поцелуем сначала верхней, потом нижней губы. Невесомо проник языком внутрь, отчего я покрылась сладкой дрожью и мурашками. Обнял меня одной рукой и углубил поцелуй, заявляя о себе, помечая, показывая, что имеет право, и я… ответила.

Время сжалось. И тут же распалось на тысячу бесконечных мгновений.

В одном — шелковистый жар, разливающийся по всему телу.

В другом мгновении — его рука на моей талии, что удерживала в этом безумии, не давая уплыть.

В третьем — мой тихий, сдавленный стон, вырвавшийся из самого сердца. Никогда в своей жизни я не испытывала таких ощущений. Никогда моё тело не плавилось в мужских объятиях и не просило большего, чем поцелуй. Никогда! Никогда… до сегодняшнего момента.

Я не могла пошевелиться. Не могла думать. Весь мир сузился до его губ. Его дыхания, тёплого и неровного, которое смешивалось с моим. Жар его ладони на спине, и бешеный стук сердца. Моего. Казалось, что оно сейчас вырвется наружу и упадёт к его ногам. Глупое и наивное.

«Так нельзя!» — острой вспышкой пронзила мысль, и я отпрянула.

Точнее, попыталась. Разорвала поцелуй и отстранилась.

— Что случилось? — тут же тихо спросил принц.

Он не отпустил. Просто смотрел на меня. Его глаза, обычно холодные, были сейчас тёмными, почти чёрными. В их глубине плясали то ли искры, то ли отблески магических светильников, то ли просто пламя огня.

Ни капли насмешки. Ни намёка на высокомерие. Только вопрос. И ожидание.

Я попыталась что-то сказать. Открыла рот, но не смогла произнести ни слова. Только тихий, сдавленный выдох.