Я остановился напротив высокого арочного окна. Утреннее солнце только-только начинало золотить далёкие черепичные крыши столицы. Над рекой поднималась дымка, а вдалеке синели зубцы гор.

Возле окна стоял низкий, массивный стол, изощрённый зарубками — следами наших жарких споров и несдержанных характеров. Сейчас на столе красовались королевские ноги и потёртый медный поднос с уже пустым кофейником.

Каждый наш день начинался здесь.

— Выяснил, — повторил я и повернулся. — Версию Элен я теперь знаю. Она во многом совпадает с моими сведениями, кроме…

Брат вопросительно поднял брови, но молчал, терпеливо ожидая, когда я продолжу.

— Кроме информации, полученной от тебя. По словам Элен, прошение о разводе подал её муженёк, а не она.

— Подпись подлинная, магически проверенная, — ответил Таддеус и нахмурился.

— Мне она тоже не врала, это я знаю точно.

— Опять своим пирожным угощал? — ехидно спросил брат, а я пожал плечами.

— Метод быстрый и действенный. А для женщин ещё и приятный. Всего лишь лёгкое магическое расслабление и моё умение задавать вопросы, ничего криминального.

— Надо выкрасть у тебя рецепт, — с наслаждением потянувшись, в который раз пожелал Таддеус.

— Попробуй, — я сел на стол и скинул его ноги на пол. — Мне даже интересно, что ты предложишь моим птичкам взамен.

— Потому-то всё ещё и не выкрал, — буркнул брат и, подтянувшись в кресле, сел поудобнее, положив локти на подлокотники, — что ничего не придумал. Даже обидно, что идея создать магических птиц пришла не мне. Хоть бы этим секретом поделился.

— Вот ещё, — я усмехнулся. — У тебя тоже есть секреты, которыми ты не делишься.

Таддеус довольно хохотнул, а потом рывком поднялся с кресла и прошёлся по комнате.

— Ладно. К делу. Что тебя во всём этом беспокоит?

— Новый посол Вердании, — тут же ответил я. — Слишком быстро. Слишком неожиданно. Абсолютно новое лицо на политической арене. Но при этом, по собранным слухам, он и бывший муж Элен спят с одной и той же женщиной.

Таддеуш остановился напротив и внимательно уставился на меня.

— Ты во всём видишь злой умысел. А если это объясняется просто глупостью?

— Чьей? — парировал я. — Мы с тобой оба знаем, что король Вердании кто угодно, но не глупец. В связи с этим посол тоже не входит в эту категорию. Женщина? Хм… Сомневаюсь. На роль глупца подходит только Вольдемар, но он в любом случае расходный материал в этой игре. К тому же Элен сказала, что он легко поддается чужому влиянию.

— Элен, Элен… — покачал головой брат. — Сколько раз за сегодняшнее утро ты произнёс это имя?

— Она мой секретарь. Всё, как ты хотел, — пришла моя очередь закатывать глаза.

Таддеус подошёл ближе и, взяв кофейник, помотал им из стороны в сторону. Печально вздохнул, открыл крышку, убедился, что он пустой, и поставил на место. Я молча следил за его манипуляциями, прислонившись к стене.

— Думаешь, она замешана? — всё же поинтересовался брат, переводя тему разговора.

Я сморщился, как от резкой зубной боли.

— Не хотелось бы. Если это так, то помощница Верховного стража тоже попадает под подозрение, ведь это она дала рекомендацию Эл… — я запнулся, посмотрел в искрящиеся весельем глаза брата и с нажимом продолжил, — моему личному секретарю.

«Личному», — еле сдерживая смех, прошептал Таддеус, и я искренне возмутился:

— Да что ж такое! Ты тоже начал меня сватать? Всем настолько костью в горле моя холостая жизнь? Я, между прочим, всем доволен и обременять себя не спешу.