— Поверь, в этом деле женская натура гораздо искуснее, чем наша, — не сдавался король.

Принц сделал шаг вперёд, заслоняя меня, и что-то ответил брату, но я уже не слышала. Честно признаться, я впала в ступор.

Какие чувства? О чём они говорят?

Я не смогла удержать лицо и понимала, что со стороны сейчас выгляжу довольно странно — раскрасневшаяся и растерянная. Мне необходимо было взять себя в руки, и я повернулась к ним спиной, делая вид, что поправляю складки на платье.

Пальцы дрожали. Лицо горело, в висках стучало, в душе всё перевернулось. Мне срочно нужно было выйти на воздух, чтобы остудить голову, но возможности такой не было.

В пансионате нас учили: проявление чувств должно происходить за закрытой дверью, потому что это очень интимно. Очень лично!

«Как будто между вами…» Что? Я застряла на этом слове, как колесо кареты в глубокой яме, и никак не могла сдвинуться.

— Ты прав, — услышала усталый голос принца, и одновременно с этими словами на меня легонько подул прохладный ветерок. — Это сработает. Матушка сойдёт с ума от ярости.

— А ярость — плохой советчик, — раздался в ответ тихий голос короля, — особенно в её случае. Нам нужно удалить её и осиное гнездо фрейлин из дворца. Не беспокойся, пустим пару-тройку нужных слухов, и всё будет хорошо.

Ветерок стал холоднее и приятно остужал разгорячённую кожу. Я закрыла глаза, подставляясь под его мягкие прикосновения, и глубоко вздохнула.

«Ты должна быть предана принцу, — вспомнились слова Стрелки. — И верить ему».

Я прислушалась к обсуждению ужина. Прислушалась и поймала себя на мысли, что принц въедливо расспрашивает брата, заботясь о моей репутации больше, чем об успехе этого дела.

Страх постепенно ушёл. На его место пришло необычное для меня чувство азарта. Я сделала глубокий вдох и медленно развернулась. Лицо ещё пылало, но в глазах совершенно точно появилась решимость.

Принц полностью заслонял меня от короля. Я была как будто спрятана в его тени, скрыта. Они продолжали тихо обсуждать ужин, но я не вслушивалась. Всё, что мне было надо, я уже услышала.

Осторожно подошла к принцу и тихо встала на шаг позади. А потом решилась. Какая разница! Ведь сегодня мне придётся это сделать! Я мягко прикоснулась к его руке, привлекая внимание.

Его Высочество повернул в мою сторону голову, и наши взгляды встретились. Всё внутри меня нервно дрожало, но я не опускала глаз и смотрела на него.

— Хорошо, — сказала я, и голос, к моему удивлению, прозвучал почти ровно. — Я попробую.

Я вскинула подбородок и с замиранием сердца произнесла:

— Попробую… Кассиан.

Чужая магия мягко окутала меня и тут же схлынула. В глазах принца промелькнуло удивление. Губы дрогнули в растерянной улыбке, но в то же мгновение холодная маска привычного отчуждения вернулась на его лицо.

Он смотрел на меня. Внимательно. Изучающе. Но не так, как в первый день в кабинете леди Северины. Сейчас в его глазах, на самой глубине, плескалось беспокойство.

Или мне так казалось.

Или мне хотелось, чтобы это было беспокойство обо мне.

«Стоп, Элен! — одёрнула себя, всё равно продолжая с надеждой всматриваться в глаза принца. — Стоп. Не принимай желаемое за действительное!»