Фрейлины матушки, как стайка разноцветных птичек, кучковались группками по несколько человек рядом с величественным каскадом фонтанов. Значит, матушка уже позавтракала и вышла на традиционную утреннюю прогулку.
За моей спиной тихо щёлкнула дверь.
Я повернулся.
Элен держалась прямо и явно успела что-то сделать со своим внешним видом. Во всяком случае, глаза уже не выглядели настолько покрасневшими.
— Одно из самых важных правил при работе со мной, Элен, — я начал говорить тихо, но от этого мой голос не звучал мягче, — что бы ни случилось, лить слёзы ты можешь только в своей комнате после окончания рабочего дня.
Говоря всё это, я медленно пересекал кабинет, приближаясь к девушке. На этот раз моих шагов практически не было слышно, и я неотрывно смотрел на Элен.
Та нервно сглотнула и ещё сильнее сжала губы.
— Это понятно? — проникновенно спросил я, подходя к ней практически вплотную.
Элен задрала подбородок, зло посмотрела на меня и молча кивнула.
— Не слышу ответа, — тихо сказал я.
— Да, Ваше Высочество! — звонко выпалила она и отступила на шаг, упираясь спиной в дверь. — Я поняла!
— Хорошо, — я позволил себе чуть улыбнуться и развернулся. — У меня есть к тебе пара вопросов, — сказал уже будничным тоном, направляясь к своему столу. — Первый.
Я снова повернулся и внимательно уставился на неё.
— Подписывала ли ты какие-нибудь бумаги, которые давал тебе бывший муж, не читая? — я решил не задавать пока прямой вопрос, а пойти издалека.
Элен нервно облизнула губы. Зрачки её забегали из стороны в сторону, она явно пыталась что-то вспомнить, и мне было очень интересно, что же она скажет.
— Ваше Высочество, — её голос от волнения прозвучал хрипло, — я не могу достоверно вспомнить, были ли такие случаи.
Она снова облизала покрасневшие губы и опустила глаза.
— Были моменты, когда он приносил целые стопки бумаг, ведь я вела все хозяйственные книги. Но моя подпись нигде не требовалась с того момента, как я передала под его контроль свои деньги, — сказала она.
— А до этого? — нетерпеливо спросил я.
— А до этого… — Элен снова задумалась, теперь уже кусая губы.
— Оставь свои губы в покое, — неожиданно грубо рявкнул я.
Элен вздрогнула, посмотрела на меня и быстро проговорила:
— До этого я подписывала каждый его счёт и не всегда вчитывалась, потому что… верила ему… но ведь это были просто счёта.
— Тогда как ты объяснишь тот факт, что прошение о разводе было подано от твоего имени?
— Что?! — воскликнула Элен и прижала руку к груди. — Но я… Я даже… Зачем мне?! Я ведь всего лишилась?
Глава десятая
Элен Лерхенфельд
Третий рабочий день не задался с самого утра.
Я всю ночь проворочалась практически без сна, только сейчас осознавая в какую ситуацию попала.
Под моим нажимом Стрелка рассказала, постоянно оглядываясь на закрытую дверь кабинета, что рецепт «Огненной лавы» создают для принца магические птички.
— Вы ещё и кондитеры? Ну надо же, — с горечью посетовала я и медленно опустилась в кресло. Ноги не держали, и единственное, чего мне сейчас хотелось — воды. Обычной, чистой, холодной.
— Он нас создал, Элен, — обиженно проговорила птичка, — мы его эксперимент, его детище и абсолютно преданные ему существа. И мы этим гордимся.
Я обречённо махнула рукой и задумалась.