Он подошёл к карте, изучая линии границ. Посол поспешил за ним, заверяя принца в искреннем стремлении Вердании к миру и взаимовыгодному сотрудничеству. Его голос звучал слишком резко, и я невольно поморщилась.

— Мир, — медленно проговорил принц, не отрывая взгляда от карты, его палец медленно очертил общую границу государств, — хрупкая вещь. Ее легко принять за должное. Ещё легче — нарушить его одной оплошностью.  Вы согласны, господин Кейн?

Посол метнул на меня вопросительный взгляд, но принц, не дожидаясь его ответа, прошёлся по кабинету и принялся задавать вопросы. О здоровье короля Вердании, торговых пошлинах, новом торговом договоре на поставку шерсти.

Все темы были выверенные, деловые и совершенно конкретные. Наблюдая за ними, я видела, как расслабился посол. Он пустился в подробности, пытаясь выудить максимальную выгоду от внезапного визита принца.

Его Высочество слушал, кивая в нужных местах и задавая уточняющие вопросы. Он вёл беседу так мастерки, что напряжение в кабинете стало таять. Господин Кейн, окрылённый вниманием наследного принца, даже позволил себе небольшую шутку насчёт вечной проблемы с документацией.

И вот когда посол полностью успокоился, увлечённый темой о выгоде новых квот, принц слегка наклонил голову. Перевёл взгляд поверх головы господина Кейна. Уголки его губ дрогнули, но улыбки не последовало.

Посол Вердании, как опытный придворный, быстро понял изменение в разговоре, и его улыбка сначала застыла, а потом медленно стёкла с лица.

Он снова покосился в мою сторону в поисках поддержки, но я даже не успела улыбнуться. Принц заговорил. Медленно, словно нехотя. Его голос был тихим, почти интимным, но при этом тон пробирал до мурашек.

— Господин Кейн, я решил с вами посоветоваться.

Лицо посла осунулось и по цвету стало похоже на выцветшую бумагу старой книги. Его взгляд снова метнулся ко мне.

— Если бы вы узнали, что кто-то затеял на территории соседней державы грязную игру с похищением и подменой государственных служащих, чтобы вы сделали?

— Я-я-я… — неожиданно жалко проблеял посол и с ужасом уставился на меня.

Я же улыбнулась ему снова. И даже хлопнула ресницами пару раз для пущего успеха.

Понимание, медленное и леденящее, заплескалось в его глазах. Его челюсть задрожала.

— Я бы, конечно, осудил и … — вымученно начал говорить он, отступая за свой стол.

— Осудил, — принц мягко перебил посла и посмотрел ему в глаза.

Что именно господин Кейн увидел во взгляде принца, мне неизвестно, хотя предположить могу. Ничего хорошего для своей дальнейшей судьбы он в них не увидел.

— Интересная реакция, — задумчиво произнёс принц. — Не «пресёк». Не «предал суду». Не «сообщил союзникам». А просто… осудил… — он кивнул, как будто сделал важную пометку в невидимом досье. — Понятно.

— Если бы я знал, Ваше Высочество! Я бы обязательно… — попытался выкрутиться посол.

— А ты знал, — спокойно припечатал принц.

Посол дёрнул шеей и отступил ещё на пару шагов.

— Но ты оказался чрезмерно ретивым дипломатом, — голос принца стал ниже, — и почему-то решил, что у тебя получится играть в шпионские игры на чужой территории.

— Я… у меня дипломатическая неприкосновенность… — выдохнул в панике посол.

Его Высочество усмехнулся.

— Ненадолго. Ровно до того момента, пока я не свяжусь с королём Вердании и не расскажу про твои замыслы.

— Но это была идея королевской семьи! — неожиданно резво воскликнул господин Кейн и сразу же закрыл себе рот. Двумя руками.