Глава 54. В которой Джуно встречается с папой

Ночь путешественники провели в ужасно крохотной гостинице. У них повредилось колесо, поэтому до более крупного городка доехать до полуночи не удалось. Пришлось остановиться в какой-то глуши. Всех мужчин разместили в обеденном зале, а женщинам досталась одна комната на всех. Джуно улеглась на небольшую кровать с Боно, три молодых девушки-служанки спали на мешках с сеном.

Поездка начала утомлять. И зачем надо было встречаться так далеко? Ведь и папа ехал из Блаудана ничуть не меньше, чем они.

Но как бы время ни старалось течь медленнее, а долгожданное мгновение все же приближалось. Джуно извелась, поминутно выглядывая в окно, когда поняла, что они были на подъезде к Астеру.

Городок этот пестрел всевозможными цветами. Джуно никогда не видела столько оттенков разом. Мало того, что домики тут были покрашены и в желтый, и в голубой, и в малиновый, и в зеленый, и в синий, и в красный, ставни и двери у них непременно были своего оттенка, не того же, что и стены. Казалось, жители здесь соревновались, кто сумеет собрать больше ярких красок в своем жилище. От такого буйства у Джуно закружилась голова.

Наконец их привезли в большой дом, не менее яркий, чем весь Астер, но явно очень богатый: здесь использовали не натуральные красители, а красители второго порядка. Даже для таких предметов, как ковровые дорожки и вазы, дверные ручки и петли, карнизы и лестничные балюстрады.

Их встретил хозяин, господин Вентекью, худой, как палка, с острой бородкой и всклокоченными седыми волосами. Вопреки местной традиции использовать как можно больше цветов, господин Вентекью был одет в голубое. Видимо, чтобы проявить уважение к горданцам. Он радушно поприветствовал всю компанию и велел слугам расселить гостей по комнатам.

Спальня Джуно оказалась на том же этаже, что и спальня Аязелу. Едва разместившись, она начала стучать в его дверь. Он открыл и, не впуская внутрь, оглядел с ног до головы.

— Не сейчас, дорогая, я устал с дороги, — сказал он, и Джуно фыркнула.

Он без сомнения понял, чего она хотела.

— Папа наверняка уже в городе, — выдохнула она и посмотрела на него умоляюще.

— Да, он в городе, оставил мне сообщение. Ждет нас в гостевом доме неподалеку.

Она едва не бросилась вниз бегом. Ее остановило только то, что Аязелу внимательно за ней наблюдал. Сохраняя достоинство, Джуно принялась неторопливо спускаться по лестнице.

Пока они шли к месту встречи, Аязелу объяснял правила:

— У нас будет около часа. Я буду присутствовать при встрече. Критически важно, чтобы вы не оставались один на один ни с кем из бранковцев. Это понятно?

Она кивнула, слушая вполуха.

— Включая отца. Вы не сможете остаться с ним одна.

Наконец, Джуно внимательно посмотрела на Аязелу, попыталась возразить, но он решительно покачал головой.

Ладно. Разберется с этим позже. Сейчас, после месяца в Гордане, после всех этих тайных писем, после свадьбы и длинной дороги, ей просто хотелось наконец-то…

— Папа! — вскрикнула она, едва вошла в холл просторного деревянного дома с разноцветными витражами.

Отец, одетый в такой привычный малиновый сюртук, сидел в кресле у лестницы и читал газету, поигрывая при этом тростью. Он отбросил все прямо на пол, услышав ее голос.

Джуно кинулась к нему и крепко обняла.

Он прижал ее к себе, и она вдохнула родной запах. Слезы покатились из глаз сами собой. С ними так всегда: когда надо — не дождешься, а когда не надо, льются в три ручья.

Отец взял ее лицо в ладони, глядя с такой любовью, что у нее сердце защемило. Впрочем, спустя несколько мгновений он чуть нахмурился и сказал:

— Что я говорил тебе про советников?

— Дружить? — улыбнулась она.

— Не связываться.

Джуно лишь рассмеялась.

— Господин Монтен-Блум, — произнес Аязелу сдержанно, сообщая о своем присутствии.

Папа, наконец, поднял на него взгляд и сухо ответил на приветствие. Повисла неловкая пауза.

— Присядем где-то? — спросила Джуно, и отец, спохватившись, предложил пройти в столовую.

Поначалу ей показалось, что гостевой дом был пуст, но в просторном помещении с десятком столов сидели люди. Кто-то пил чай или кофе в одиночестве, кто-то негромко переговаривался со спутниками. Все без исключения были одеты в цвета Бранки. Аязелу в своем лазурном одеянии казался лишним. Впрочем, кажется, его ничего не смущало. Он дождался, чтобы господин Монтен-Блум выбрал столик, придвинул стул для Джуно, на третье свободное место сел сам.

— Как мама? — спросила Джуно. — Она не приехала?

— Нет, это слишком дальняя дорога, ты знаешь, врачи запрещают ей так долго трястись в карете…

— Да, я понимаю. Но у нее все хорошо?

Отец сложил руки на груди.