Однажды нам с профессором это уже удалось. В этом отделении люди не выздоравливали. Они просто уходили. Отмучивались. Проживали свои последние дни и часы. Но я бы хотела, чтобы это отделение было пустым. И теперь у меня есть шанс, потому что я здесь работаю официально.

Первым делом я обошла все палаты, за которыми меня закрепили. На моё появление никто даже не отреагировал. В двух палатах лежали мужчины. В трёх — женщины. А в одной — дети.

Я вздрагивала всякий раз, смотря на измождённые лица. Кто-то метался в бреду, кто-то выглядел апатичным, кто-то спал. А может быть, это уже был и смертельный сон. Почувствовала, как сердце начинает безумно колотиться в груди.

Я нашла укромный уголок, чтобы перевести дух. Мне нужен план действий. Я теперь медсестра, но не врач. По крайней мере, я могу контролировать работу санитарок. Могу наблюдать за состоянием больных. Могу оказывать первую помощь. За это теперь меня не будут судить, и это очень хорошо.

С чего же начать? Начну-ка я с того, что избавлюсь от беспорядка и дикого хаоса, который тут царит.

И правда, в каждой палате на полу валялся мусор. Запах был отвратительный. Полы здесь действительно не мыли очень, очень долго.

Я заглянула в последнюю закрепленную за мной палату. В ней было настолько душно и так сильно воняло, что я не выдержала и вышла. Похоже, кто-то не вынес судно за очередным больным.

Да что здесь такое творится? Где санитарки?

Развернувшись, я направилась по коридору, разыскивая комнату, в которой младший медперсонал должен был находиться в свободное от работы время. Впрочем, они должны были сейчас трудиться, а не сидеть там. Но комната оказалась пуста.

Что такое? Ничего не понимаю.

Я развернулась и с удивлением огляделась. И медсестры куда-то подевались, и санитарок нет. Да что здесь за порядки?

Наконец, я увидела, как впереди мелькнул белый халат, и поспешила туда…

Я догнала невысокую пожилую женщину. На ней был немного иной наряд: не белый, как у всех, а цвета кофе с молоком. Она оглянулась на меня и поспешила прочь, словно убегая.

— Постойте! — окликнула я, наконец-то поравнявшись с ней. — Простите, мне нужно спросить.

Женщина остановилась и нехотя развернулась. В её взгляде я уловила недовольство и даже лёгкий испуг.

— Скажите, пожалуйста, вы ведь в этом отделении работаете?

— Ну, допустим, да, — ответила она, насупившись. Женщина выглядела несколько неопрятной и куда более пожилой, чем показалась вначале.

— Где все санитарки? Я новая медсестра, с сегодняшнего дня работаю здесь. Хотела найти кого-то из младшего персонала, чтобы навели порядок в закреплённых за мной палатах, но никого не нахожу… — начала я пространное объяснение, но она прервала меня:

— Дык, уволены все. Остались только я да Марья.

— Как уволены? — изумилась я. — Разве такое возможно? Когда?

— Да буквально два дня назад. Господину нашему главному врачу не по нраву такие работницы — вот он их и выгнал.

— А когда будут другие? — уточнила я. — Вакансии ведь открыты?

— Может, и открыты, — пожала плечами она. — Но у нас бывает, что и месяц новых санитарок нет. А мы с Марьей много не потянем, и так пашем, как волы…

Выслушав её, я нахмурилась.

— Ладно, — произнесла наконец. — Пожалуйста, зайдите вот в эти палаты, — я назвала номера. — В одной из них, кажется, в двадцать шестой, до сих пор не вынесено судно. Запах стоит ужасный. Нужно проветрить и собрать мусор по углам. А ближе к вечеру хорошо бы вымыть пол.

Женщина вздёрнула нос.

— По графику у меня сегодня палаты до пятнадцатой. Вы уж с другими медсестрами договаривайтесь. Если я пойду убирать ваши раньше их, скандал поднимется.

Я опешила. Как это понимать? Но решила не ссориться со старушкой. Было заметно, что она запугана и задергана до предела.

Женщина поспешила ретироваться, а я осталась стоять посреди коридора, лихорадочно напрягая извилины. Да что тут думать — выход один. Надо идти к Сергею Антоновичу и просить его как можно скорее принять на работу новых санитарок. Ну, может, не просить, а хотя бы напомнить.

Чувствовала нутром, что нарвусь. Но я и сама когда-то была главой терапевтического отделения и прекрасно понимала, как всё должно работать. Честно говоря, в данном случае проще всего обратиться к начальнику, чем идти к главврачу всего медицинского комплекса. Если пожалуюсь Константину Ивановичу — не факт, что вообще останусь здесь работать. Но игнорировать эту грязь и ждать, пока настанет очередь мытья моих палат, — это уже слишком…

Поэтому я пошла.

* * *

Сергей Антонович смерил меня таким взглядом, будто я наступила на его любимую мозоль. Выражение лица кричало: «Чего ты приперлась?», я же постаралась сохранить невозмутимость и мягко произнесла: