Наконец я добираюсь до своей комнаты и запираю дверь. Сердце колотится как бешеное. Достав кристалл, я кладу его на стол.
Теперь, при свете свечей, он выглядит ещё более удивительным. Внутри него словно заключены крошечные звёзды — мерцающие точки света, движущиеся по спиралям. И я чувствую… связь. Словно кристалл узнал меня. Словно он ждал меня.
Я интуитивно понимаю, что кристалл нужно активировать. Он содержит нечто важное, нечто, предназначенное только для меня. Закрываю глаза, сосредотачиваюсь на своей магии — той, что так долго была подавлена печатью, наложенной на меня, той, что сейчас едва теплится внутри.
Нащупываю эту тонкую нить силы и осторожно направляю её к кристаллу. Чувствую, как энергия течёт из моих пальцев, соединяется с энергией внутри кристалла…
Лёгкий толчок, и комнату заполняет мягкое голубоватое сияние. Я открываю глаза и застываю, не веря тому, что вижу.
Посреди комнаты стоят две полупрозрачные фигуры. Мои родители.
Мама выглядит точно так же, как в моих воспоминаниях — красивая, с добрыми глазами и длинными волосами, собранными в свободную косу. Отец — высокий, с острыми чертами лица и умным взглядом. Родители держатся за руки и смотрят на меня с такой любовью, что слезы сдержать просто невозможно.
— Айви, — голос мамы звучит словно издалека, но я слышу каждое слово. — Наша девочка.
— Ты нашла кристалл, — отец улыбается. — Мы знали, что ты сможешь.
Я делаю шаг к ним, протягиваю руку, но мои пальцы проходят сквозь их тела.
— Вы не настоящие, — шепчу я.
— Мы настоящие, милая, — отвечает мама мягко. — Это наши воспоминания, наша магия, заключённая в кристалл. Часть нас, которую мы сохранили для тебя.
— У нас мало времени, — продолжает отец. — Кристалл может поддерживать наше присутствие лишь недолго. Нам нужно рассказать тебе правду.
Я вытираю слёзы, заставляя себя сосредоточиться.
— Правду о проклятии?
Они переглядываются, и я вижу боль в их глазах.
— Да, — отвечает отец. — О проклятии, которое преследует наш род веками. Ты должна знать его истоки, чтобы найти путь к освобождению.
— Ты особенная, Айви, — говорит мама, и её глаза светятся гордостью. — Сильнее, чем ты думаешь. И ты можешь положить конец тьме, окутавшей нашу семью.
Отец делает шаг вперёд.
— История началась много поколений назад, — начинает он. — С нашего предка, Айзека Норта. Он был могущественным магом, но его душа была полна тьмы. Он искал власти любой ценой, и нашёл способ усиливать свою магию за счёт других.
— Он влюблял в себя невинных девушек, — продолжает мама, и её голос дрожит от злости. — Соблазнял их, а затем проводил ритуал, который позволял ему забрать не только их невинность, но и их магию.
— Он был болен, — говорит отец. — Одержим жаждой власти и признания. Десятки девушек стали его жертвами, пока он не встретил Мирену.
— Мирена была последней, — мама качает головой. — Она была полукровкой. Её отец был драконом, а мать — тёмной ведьмой. Это было ещё до того, как тёмная магия была запрещена.
Я слушаю, затаив дыхание. История, которую никогда не рассказывали мне раньше, история, объясняющая всё.
— Айзек соблазнил Мирену, не зная о её происхождении, — продолжает отец. — Он провёл ритуал, но вместо того, чтобы забрать её магию, получил нечто гораздо более опасное — отравленную силу, которая начала разрушать его изнутри.
— Мирена умерла во время ритуала, — мама смотрит прямо на меня. — Но перед смертью она успела связаться со своей матерью. Драконья кровь давала ей невероятную стойкость.
— Айзека схватили и приговорили к смерти за его преступления, — говорит отец. — Но перед казнью мать Мирены прокляла весь его род по женской линии. Если кто-то влюбится в девушку из рода Норт, то будет обречён на смерть, если же девушка из этого рода кого-то полюбит, то тоже умрёт. Если любовь взаимна…
— Умирают оба, — заканчиваю я тихо. — Я знаю эту часть.
Мама кивает, её фигура мерцает сильнее.
— Но есть и вторая часть проклятия, — говорит она. — Часть, которая была утеряна, забыта со временем. И все нити ведут к роду Мирены.
— Мы искали, — отец выглядит усталым даже в этой призрачной форме. — Годами искали способ снять проклятие. Я пытался перенести его на себя, но это невозможно. Проклятие привязано к крови Норт, к женской линии.
Мама не из рода Норт, а папа не может перенести проклятие на себя.