Убаюканная мерным покачиванием кареты, почти задремываю, когда внезапно экипаж резко останавливается. Подавшись вперед, едва не падаю с сиденья.

— Что происходит? — испуганно спрашиваю у Сильвы.

— Не знаю, госпожа, — бледнеет девушка.

Снаружи доносятся крики, звон металла о металл, ржание испуганных лошадей. Сердце заходится в бешеном ритме. Нападение? Разбойники?

Прижавшись к дверце, я пытаюсь что-то разглядеть в узкое окошко. Вижу мелькающие фигуры, блеск клинков, падающие тела.

Вдруг все стихает. Наступает жуткая, неестественная тишина. Сжавшись на сиденье, я стараюсь не дышать.

И в этот момент дверца кареты с грохотом распахивается.

Вжавшись в сиденье, я с ужасом смотрю, как в проеме появляется высокая мужская фигура в черном. Лицо скрыто маской, оставляющей видимыми только глаза — холодные, пронизывающие, как осколки льда. От этого взгляда мороз пробегает по коже.

— Именем верховного дознавателя, — голос звучит металлически, без эмоций, — вы арестованы, леди Айвилена Роквелл.

Воздух застревает в легких. Арестована? Я?

— Должно быть, ошибка, — выдавливаю, пытаясь сохранить самообладание. — Я жена генерала Роквелла, я…

— Я в курсе, чья вы жена, леди, — обрывает он, протягивая руку в черной перчатке. — Выходите.

— Госпожа… — вскрикивает Сильва, но яростный взгляд «перчатки» заставляет ее замолчать.

Надеюсь, ей они не причинят вреда.

Сглотнув комок в горле, я осторожно выглядываю наружу. Кровь стынет в жилах. Возле кареты стоят еще примерно десять человек в таких же темных одеяниях и масках. Моя охрана лежит на земле.

Мертвы? Без сознания?

Не могу понять, но от этого ужаса к горлу подкатывает тошнота.

— А генерал знае…

— Выходите, — резко повторяет незнакомец. — Или вам помочь?

Понятно, как он поможет.

— Благодарю, но я сама, — спокойно отвечаю я и с достоинством настоящей леди выхожу из кареты.

Кто бы это ни был, но я не порадую их своим страхом. Не дождутся!

— Что происходит? Мне кто-нибудь объяснит?

Не бойся, Айви. Не паникуй. Все нормально.

Но вместо ответа «перчатка» делает резкий жест. Воздух вокруг нас начинает мерцать, искривляться, формируя портал.

Что они творят? Не пойду!

Шаг назад, второй и только я разворачиваюсь, чтобы убежать, как меня больно хватают за локоть и буквально швыряют в портал. Мир вокруг смазывается, превращаясь в смесь цветов и звуков. Желудок скручивается, голова кружится. Кажется, я сейчас потеряю сознание…

И вдруг все прекращается. В следующий миг я падаю на холодный каменный пол. Вокруг сырые стены, запах плесени и затхлости. Темница.

Меня грубо поднимает «перчатка» и толкает вперед. Споткнувшись, больно ударяясь коленями о камни.

Липкий страх пробирает насквозь. В каком кошмаре я оказалась? Что мне делать?

— Вы совершаете ошибку, — говорю я, поднимаясь на ноги. — Мой муж найдет меня и…

— Ваш муж? — раздается холодный смешок из-под маски. — Думаете, он не знает, где вы?

Что?

Драгон знал?

Но какой в этом смысл? Зачем эти многоходовки? Не проще было меня арестовать дома? К чему этот спектакль с поместьем?

Нет, тут точно что-то нечисто. Да и глупо слепо верить в слова не пойми кого. Рано делать выводы.

Меня втаскивают в маленькую камеру с решетчатой дверью. Внутри только деревянная лавка и ведро в углу. Дверь захлопывается с лязгом, поворачивается ключ.

Голова ходит кругом. Меня притащили сюда как какого-то матерого преступника. Будто они боятся, что леди сможет сбежать из темницы.

Мне даже не предъявили никакого обвинения. Разве это по правилам? Разве так проходит верховный суд?

Нет, здесь точно что-то не так, но что именно?

В темнице холодно и сыро. Обхватив себя руками, я пытаюсь согреться. Платье, в котором я выехала из дома, слишком тонкое для такого места.

Дрожь пробегает по телу — от холода, от страха, от унижения.

Кто эти люди? Они мало похожи на представителей власти. Если бы это было так, то зачем им скрывать свои лица?

А главное, что они сделают со мной?