И только когда я точно уверена, что муж не вернется, позволяю себе выдохнуть. Колени подгибаются, и я опускаюсь в ближайшее кресло. Силы покидают меня, будто плотину прорвало.

Но нужно закончить начатое. Вернувшись в спальню, я достаю из-под халата документы, которые забрала из сейфа отца. Руки дрожат, когда я разворачиваю первый лист.

Час спустя я сижу среди разложенных по полу бумаг, пытаясь собрать кусочки головоломки.

Никакой темной магии, как я сначала предположила. Здесь другое — долговые расписки. Бессрочные. Выданные отцом разным людям.

Дюжина имен — все высокопоставленные придворные или военные. Все должны моему отцу… неназванную услугу. «По первому требованию», — гласит каждая расписка.

Что это значит? Зачем отцу собирать такие обязательства? И почему он держал их в тайне?

Что-то скручивается внутри меня от дурного предчувствия. Но я уже знаю, что буду делать дальше. Все эти люди из долговых расписок — они все еще живы. И они все еще должны моему отцу.

А значит, они должны мне — его единственной наследнице.

Я аккуратно собираю бумаги, складываю их в стопку. Завтра начну действовать. Составлю список, продумаю план. Шесть месяцев — не так уж много, но должно хватить, чтобы раскрыть эту тайну и найти способ снять метку.

Мысли путаются от усталости. Спрятав бумаги в потайной ящик маминого комода, раздеваюсь и забираюсь под одеяло. Все тело ноет, но разум наконец успокаивается, погружаясь в дремоту.

Не знаю, сколько времени проходит — час, два, больше? Меня вырывает из сна резкий звук. Крик. Женский крик.

Я вскакиваю, сердце колотится. Это не сон. Крик повторяется — ближе, отчетливее.

— Не смей ко мне подходить! — слышу я.

Надев халат, я выбегаю в коридор, не тратя времени даже на то, чтобы зажечь свет.

Бездна! Да что он творит⁈

Райгар прижимает побледневшую Лирен к стене, руками упирается по обе стороны от ее головы, не давая пути к отступлению.

Между ними — только кувшин, который лекарка держит как последнюю преграду. Но не это останавливает меня на пороге. А взгляд Райгара — жадный, голодный, дикий.

А он, случайно, не сошел с ума? Не обезумел?

— Что здесь происходит? — спокойно спрашиваю я.

Хотя внутри нет ни капли того спокойствия.

Лирен вздрагивает и переводит взгляд на меня. Она боится! Боится этого ящера. Да как он посмел?

— А ну-ка отойди от нее, если жизнь дорога, — рычу я.

На мгновение мне кажется, что Райгар даже не слышит меня. Но нет, дракон отступает. Нехотя, но все же он отходит от Лирей.

— Раз уж вам легче да такой степени, что можете ходить, — вновь перехожу на уважительный тон, внимательно наблюдая за драконом. — Может быть, вы хотите вернуться домой?

Райгар внимательно смотрит на меня. Да так смотрит, будто это не он гость, а я заявилась в его дом и устанавливаю здесь свои правила.

Но что-то идет не так. Райгар бледнеет и прижимает руку к груди, тяжело опираясь о стену.

— Прошу прощения, Айви, но… — хватает рвано воздух ящер. — Я думаю, мне нужно еще немного времени. Рана… она все еще беспокоит.

Краем глаза я замечаю, как Лирен едва заметно хмыкает, быстро отворачиваясь, чтобы скрыть эмоции.

Да Райгар симулирует, причем довольно неумело!

— Конечно, — киваю я. — Надеюсь, вскоре ты придешь в себя.

Как же мне в эту минуту хочется его пинками из дома выставить. Ну ни капли совести у человека нет. Ему здесь жизнь спасли, и что в ответ?

И ведь очевидно, что между этими двумя не все так гладко. Ох, хоть бы мне дом они не разнесли.

Райгар опираясь о стену и доходит до своей комнаты, а мы с Лирен идем на кухню. Молча.

— Что между вами произошло? — невзначай произношу я, ставя на плиту чайник.

— Ничего особенного.

Ну ладно. Не хочет говорить сейчас, расскажет позже. Он ведь не успокоится, пока не добьется своего.

— Лирен, мне нужно выбраться в город, — меняю я тему. — Как это можно сделать?

— В город? — удивляется лекарка. — Можно узнать, едет ли кто-нибудь из местных. Но это бывает редко, особенно в это время года.

— А другие варианты?

— Ну, есть старая повозка в сарае, но для нее нужна лошадь…

— Это не подходит, но спасибо, — улыбаюсь я.