— Ай! — вскрикивает она от неожиданности, инстинктивно делая глубокий, судорожный вдох. Цикл панического дыхания прерван.

Лиара оборачивается, смотрит на меня с удивлением и обидой, но паника в ее глазах отступила, сменившись недоумением.

— Что… что ты сделала?

— Вагусный маневр. Помогает перезагрузить систему, — отвечаю я, но, видя, что она ничего не поняла, отмахиваюсь. — Неважно. Главное, ты в порядке. А теперь — напомни. Куда нам нужно? В какой стороне столица?

— На севере, — все еще потирая плечо, отвечает она. — Большой тракт лежит к северу отсюда.

Север. Хоть какая-то определенность.

Когда-то, еще в ординатуре, я проходила курсы выживания для работы в экстремальных условиях. Теорию я помнила.

— Хорошо, — говорю я, — Я попробую найти север.

Я начинаю осматриваться. В теории все просто: мох на деревьях растет с северной стороны, крона у одиноких деревьев пышнее с южной. Но здесь, в этой темной, сырой чаще, мох, кажется, растет вообще везде, а деревья стоят так плотно, что ни о какой пышной кроне и речи быть не может.

Я щурюсь, пытаясь разглядеть солнце сквозь густую листву, определяю примерное направление теней, смотрю на уклон земли. Все это — лишь косвенные признаки, но собрав их вместе, можно сделать хотя бы предположение.

— Кажется, туда, — наконец говорю я, указывая в сторону особенно густого подлеска. Уверенности в моем голосе — ноль, но сидеть здесь и ждать, пока нас найдет дракон или съедят волки, — еще хуже.

— Ты уверена? — с сомнением спрашивает Лиара.

Я развожу руками.

— У нас сейчас два варианта, подруга. Либо мы идем на север по моим примерным расчетам. Либо мы бродим кругами, пока не наткнемся на какое-нибудь симпатичное болото. Твой выбор?

— В болото не хочу, — хмуро отвечает Лиара и решительно шагает в указанном мной направлении.

Мы идем долго. Время теряет свой счет, превращаясь в бесконечную череду деревьев, оврагов и колючих кустов. В какой-то момент тяжелый, размеренный шелест крыльев над головой затихает.

Дракон либо улетел, либо потерял нас из виду.

Эта мысль приносит огромное облегчение, но тут же в голову приходит другая, не менее тревожная.

— Лиара, — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал как можно беззаботнее. — А… хищники здесь водятся?

Она пожимает плечами.

— Ну, волки, конечно. Может, еще сумрачный лисы, но это не точно.

— От этого не легче, — бормочу я себе под нос, крепче сжимая в руке увесистую палку, которую подобрала по дороге.

Мы идем, и лес становится все темнее и враждебнее.

Пару раз тишину разрывает громкий треск веток в стороне. Мы оба раза в панике падаем на землю, прячась за стволами деревьев и с ужасом прислушиваясь.

Кто это? Те самые сумрачные лисы, о которых говорила Лиара?

Или, что еще хуже, Джаред, в своем человеческом обличье, прочесывающий лес?

Неизвестность пугает больше всего.

Солнце медленно клонится к закату.

В наступающих сумерках ориентироваться становится практически невозможно. К тому же, на меня наваливается чудовищная усталость — отходняк после действия яда. Веки тяжелеют, сознание пытается уплыть в спасительное небытие.

Я держусь из последних сил.

Чтобы не отключиться, я применяю старую врачебную хитрость: сильно надавливаю ногтем на точку между большим и указательным пальцем — острая боль на мгновение прогоняет сонливость.

«Эх, сейчас бы таблеточку модафинила, — с тоской думаю я, — и можно было бы еще сутки бежать без остановки».

Когда я уже почти готова просто лечь на землю, впереди появляется свет.

Мы, спотыкаясь, из последних сил, продираемся сквозь последние колючие заросли и… выходим из леса.

Перед нами — дорога. Широкая, утоптанная, с глубокими колеями от колес.

Это и есть тот самый тракт. Путь в столицу. Путь к свободе.

— Мы… мы вышли! — шепчет Лиара, и в ее голосе звенит недоверие.

— Вышли! — громче и уверенней повторяю я, и внезапно нас обеих прорывает.

Мы смеемся. Громко, истерично, как сумасшедшие.

Мы прыгаем, обнимаемся, кружимся на месте. Мы выжили.

Мы сбежали от дракона, мы не заблудились, нас не съели волки!

Это пьянящее чувство победы, чистое и незамутненное, на мгновение заставляет забыть обо всех ужасах.

— Отлично, — выдыхаю я, когда первый приступ эйфории проходит. — А теперь ловим попутку.

Лиара замирает и смотрит на меня с абсолютным недоумением.

— Ловим… что? Кого? Зачем?

Я на мгновение теряюсь, забыв, где нахожусь.

— Ну, транспорт. Нужно остановить какую-нибудь повозку, чтобы нас подвезли. Как часто здесь ездят… кареты или что там у вас?

Лиара вздыхает, и ее радость немного меркнет.