Окно наверху приоткрывается. Вниз свешивается лохматая голова Эйнара с перекошенным от паники лицом.

— Ольга?! — его голос дрожит, срываясь на шепот. — Боги, ты жива!

— Да, а как вы там?!

— Мы забаррикадировались! — быстро тараторит он, его глаза бегают из стороны в сторону. — Сдвинули кровать и тумбу к двери. Там в коридоре какой-то ад! Крики, грохот, звон стали… Мы сидим тихо, но… Ольга, что происходит?! Кто эти люди?!

— Я потом всё объясню! — обрываю я его. — Вы молодцы! А теперь слушай меня. Нам нужно срочно вытащить Милену. Прямо сейчас!

— Как?! — в его голосе слышен чистый ужас.

— Я думала связать простыни в канат и спустить ее ко мне вниз. Я перехвачу.

Эйнар смотрит на меня, как на умалишенную.

— Спустить?! Ольга, ты в своем уме? — он едва не переходит на крик. — Она же едва на ногах стоит. Если сорвётся… или если у неё просто сил не хватит держаться… Это самоубийство.

Я закусываю губу до крови. Он прав.

Черт возьми, он абсолютно прав!

Я и сама об этом думала, едва этот дурацкий план родился в моей голове.

Риск колоссальный.

Будь она здорова — другое дело. Но она — истощенная жертва отравления, которая полдня назад лежала при смерти. Одно неверное движение, спазм в мышцах, головокружение — и мы её потеряем. И даже если ее обвязать вторым канатом на манер страховочного, все равно нет никакой гарантии. Нет гарантии, что Эйнар ее удержит, нет гарантии, что узел не развяжется.

— Я знаю, — срывающимся голосом отвечаю я, чувствуя, как внутри всё опускается. — Я знаю, Эйнар. Но я не вижу другого выхода! Эти люди пришли за ней. Они разнесут дверь в любой момент и когда они войдут, то… убьют ее!

— Боги! Но я все равно… не могу на это пойти… — Эйнар почти плачет. — Был бы под нами хотя бы был какой-нибудь балкон.

Мы смотрим друг на друга снизу вверх и сверху вниз.

Тупик.

Снова тупик.

— Вот бы выгнать их всех из коридора… — с досадой, зло, сквозь зубы бросает Эйнар. — Чтобы они все разбежались, как крысы…

— Да, — горько усмехаюсь я. — Мечтай. Не попросим же мы их вежливо выйти проветриться?

— А может… устроить пожар? — вдруг неуверенно произносит Эйнар.

— Ты чего, никаких пожаров! — я мгновенно вскидываюсь. — Тут полно тяжелобольных, кислород, лекарства… Мы всех убьём!

И тут меня осеняет.

— Точно! — выдыхаю я, и глаза мои расширяются. — Эйнар, ты гений!

— Что? — он моргает, не понимая. — Ты же сказала никакого пожара?

— Все правильно! — быстро говорю я, и мой мозг начинает работать с бешеной скоростью, перебирая формулы и реакции. — Мы не будем рисковать жизнями пациентов и сжигать здание. Но мы сделаем кое-что другое…

— Что мы сделаем? — Эйнар моргает, его лицо все еще искажено страхом, но в глазах появляется искорка интереса.

— Вместо пожара мы сделаем его видимость! — быстро, пока мысль не ускользнула, говорю я Эйнару. Его лицо в оконном проёме выражает полное недоумение.

— Видимость? Но как?

— Нам нужен не огонь, Эйнар, а дым. Много дыма! Густого, черного, страшного дыма, который заставит сработать их инстинкт самосохранения и выгонит их всех из коридора!

— Дым? — переспрашивает он с сомнением.

— Да! Но безвредный! — торопливо добавляю я, видя его опасения. — Нам не нужно никого травить угарным газом. Нам нужна просто паника. У вас есть камфора? И глицерин? — я вовремя вспоминаю, что здесь эти препараты могут называться иначе и добавляю, — Такие белые кристаллы с резким запахом и что-то похожее на густую, сладковатую жидкость, она хорошо увлажняет кожу, а еще ее можно использовать

как слабительное?

— Камфора… Глицерин… кристаллы… густая жидкость… — он хмурится, будто пробуя слова на вкус. — А! Ты про кристаллы «Ледяного дыхания»? Те, что для растираний и ингаляций? И «масло из жира саламандры»? Они в кладовой на втором этаже, в конце крыла, где мы храним запасы для мазей!

— Отлично! Как мне туда попасть?

— Ключ у персонала на проходной, но там хлипкий замок, его можно легко выбить.

Я выдыхаю и отталкиваюсь от подоконника.

— Эйнар, а теперь, слушай внимательно. Жди моего сигнала. Никому не открывайте, держитесь там до последнего! Я постараюсь прийти как можно быстрее!

— Понял, — кивает он, и его голова исчезает в окне.

Я срываюсь с места.

Вот теперь, у нас есть более-менее вменяемый план.

Для начала, нужно добраться до кладовой, найти всё необходимое и сварганить “пожарный” состав, чтобы ещё больше усилить панику и запутать следы.