Баронство? Пыль. Эта девушка? Молчаливая невольница с глазами бунтарки. Если в ней правда есть знание, то брак станет лишь формальностью. А потом... потом я дам ей деньги и пусть отправляется куда хочет. Мне уже будет не до нее.

— Хорошо, — сказал я, и это слово прозвучало как приговор. — Готовь бумаги. Но знай, — я шагнул к нему, и он съёжился, — если это окажется ложью, твоя смерть будет долгой и мучительной.

Я забрал её в тот же день.

Эола не проронила ни слова. Не попрощалась с отцом. Не взглянула на усадьбу. Она просто вошла в карету и села, уставившись в свои руки. И всё время, что я пытался её разговорить, добиться хоть чего-то, она лишь уходила всё глубже в себя.

Сначала я действовал осторожно, давая ей время прийти в себя, потом уже действовал более решительно — с угрозами, с отчаянием. Но это как-будто только подстегивало ее. Она по-прежнему не давала мне ответов — вместо них я слышал лишь дерзкие, почти издевательские отказы.

Эола не боялась меня. Вернее, боялась, но этот страх был погребён под чем-то более сильным — упрямством, ненавистью, чем-то, чего я так и не смог понять.

Пока однажды это не закончилось дерзким немыслимым побегом.

И вот я здесь.

Спустя месяцы.

Фактически в той же точке. Я снова поймал её. И она снова смотрит на меня — все тем же дерзким, ясным, полным вызова взглядом. Снова отказывается открыть то, что, как я теперь почти уверен, она знает.

То самое отчаяние, которое я испыталу Эшвордов, чёрное и густое, снова подкатывает к горлу, смешиваясь с яростью.

Я опять в тупике. История повторяется. Этот замкнутый круг не разорвать.

Моё терпение, и без того висевшее на волоске, вот-вот оборвётся.

— Говори! — рычу я, и мой голос — уже не просто голос человека. В нём слышится низкий рокот дракона. Я снова впиваюсь пальцами ей в плечо, заставляя встретиться со мной взглядом. — Говори сейчас же, Эола! Мое терпение уже на исходе!

Ольга

Его пальцы впиваются в мои плечи, и мир сужается до его лица, искажённого яростью и отчаянием.

В голове пустота.

Белый шум.

Что мне ему сказать? Что я из другого мира и вообще не представляю чего он от меня хочет добиться?

Так он после этого разорвёт меня на месте.

Продолжать отрицать?

Тоже не вариант. Он непробиваем, он просто не поверит.

Любое мое слово — это ловушка без выхода.

Я вижу, как его широкая ладонь взметается в воздухе, чтобы схватить меня за горло.

Время замедляется.

Я зажмуриваюсь, инстинктивно готовясь к боли, к новому витку этой пытки.

И в этот миг — движение сбоку.

Рука Джареда, несущаяся ко мне, резко останавливается в воздухе. Её перехватывает другая рука.

Я замираю, не веря своим глазам.

А потом, раздаётся неожиданно знакомый голос.

— На твоём месте, я бы её отпустил!

Ронан

Тьма.

Густая, вязкая, как смола.

Она обволакивает, тянет вниз, в глубину, где нет ни боли, ни мыслей, ни воспоминаний. Только тяжесть и холод.

Но даже сквозь эту толщу доносятся голоса.

Искажённые, будто из-под воды, тревожные.

— …что с ним…

— …отравление…

Отравление?

Да, точно.

В голове возникает болезненная картинка.

Вспышка магии у моста, едва не накрывшая меня. Запах горящего металла. Острая, жгучая боль в боку, возвращение из последних сил. А потом… тьма.

— …я позову на помощь…

— …Не смей… это слишком опасно…

Голос Ольги. Сильный, решительный даже в такой ситуации.

Она права. Догадливая, хладнокровная. Словно видит мир вокруг себя насквозь.

Меня подхватывают, перекладывают. Снимают плащ, расстёгивают камзол. Холодный воздух касается кожи.

Я не могу пошевелиться, не могу открыть глаза, но сознание из последних сил пытается пробиться наружу. Оно не хочет сдаваться.

Снова прикосновение. На этот раз нежное, но профессиональное.

Опять Ольга.

И снова она все делает четко и правильно.

Промывание. Компрессы. Поиск вены. Холодное прикосновение иглы.

Хорошо.

Каждое действие, каждый ее приказ выверен, точен и основан на знании, а не на эмоциях.

Ольга действительно… достойна.

Достойна стоять рядом.

Быть не просто ученицей и даже не моей правой рукой, она достойна быть равной.

Мысль, которая проносится в моем мозгу, такая странная в этом темном забытье, но такая неожиданно теплая.

Подумать только… я не мог даже предположить, что встречу ещё одну женщину, которая не испугается моей силы, моего прошлого, моей ярости. Которая будет смотреть на мир тем же острым, аналитическим взглядом.

Которая сможет… снова сделать меня драконом. Тем самым, которым я был раньше — до предательства и стремления контролировать все вокруг.