— Не знаю… Что… что ты будешь делать? Если… если мы выберемся и доберемся до столицы? — спрашиваю я, изо всех сил надеясь, что это «если» превратится в «когда».

Лиара на мгновение задумывается.

— Наверное, попытаюсь затеряться там, — тихо говорит она. — Устроюсь помощницей в булочную, или к швее, или в сад… У меня, в общем-то, похожая на твою история. Дома меня ждет только свадьба с омерзительным бароном, которого мой отец считает выгодной партией.

Она горько усмехается, потом смотрит на меня, и в ее зеленых глазах вспыхивают знакомые озорные искорки.

— Хотя, конечно, до твоего Джареда ему далеко. Мой жених просто противный жестокий боров, а твой — еще и дракон. В этом плане ты, конечно, мне даешь фору.

Несмотря на усталость и страх, я не могу сдержать слабую улыбку. Эта девушка — просто сокровище.

— А ты? — спрашивает Лиара. — Все так же хочешь устроиться в лечебницу?

Я ошарашенно смотрю на нее.

— В лечебницу? Откуда ты это взяла? Я же ни о чем таком не говорила…

Я замолкаю, а сама про себя думаю: а ведь это гениально!

Устроиться в местную больницу — это самый лучший, самый логичный выход для меня. По крайней мере, я смогу найти применение своим знаниям, быть полезной, делать то, что умею лучше всего. Я смогу стать… собой.

— Ах, да, прости. Я забыла про твою память, — Лиара виновато стукает себя по лбу. — Ты мне это рассказывала в один из первых дней, как мы познакомились. Говорила, что потеряла младшего брата. Он умер от какой-то то ли тяжелой болезни, то ли проклятья, и никто не смог ему помочь. С тех пор ты мечтала лечить людей. Надеялась, что тебя возьмут в какую-нибудь лечебницу хотя бы помощницей. А самой главной твоей мечтой было попасть в королевскую лечебницу в столице.

Я слушаю ее, и у меня перехватывает дыхание.

История бедной, несчастной Эолы, которая не просто страдала, но и мечтала. Мечтала спасать других, как и я. Это поразительное, невероятное совпадение… или не совпадение вовсе?

— Королевская лечебница… — шепчу я, — это настолько хорошее место?

— Лучшее во всем королевстве, — серьезно кивает Лиара. — Говорят, там собраны самые светлые умы, самые искусные целители. Попасть туда — все равно что коснуться рукой богов. Кроме того, говорят, что на людей, которые там работают, распространяется королевская протекция. То есть, по идее, если ты туда устроишься, то даже твой муж не сможет тебя достать.

И в этот момент меня озаряет.

Словно вспышка молнии в темной комнате.

Я, кажется, начинаю понимать. Понимать ту невидимую нить, что связала меня, хирурга из другого мира, и ее, дочь барона из мира драконов.

Нас связало одно на двоих, отчаянное, перешагнувшее через саму смерть желание — лечить. Спасать. Бороться за жизнь.

Ее мечта стала моим вторым шансом.

Я смотрю на свои руки — тонкие, изящные руки Эолы, и впервые не чувствую отчуждения.

Это мои новые руки. Наши руки.

И я, с какой-то новой, светлой и спокойной уверенностью, даю себе клятву. Ради памяти этой смелой, доброй девушки, я исполню ее мечту. Тем более, что она так тесно переплетается с моей собственной сутью.

А если уж это даст мне еще и защиту от этого безумного дракона — так вообще чудесно! Значит, я просто обязана туда попасть!

Этот короткий разговор и несколько минут отдыха творят чудеса. Усталость отступает, сменяясь упрямой решимостью.

— Нам нужно идти дальше, — говорю я, поднимаясь на ноги.

— Ты права, — соглашается Лиара. Она встает, отряхивает с рясы прилипшие листья и оглядывается, чтобы сориентироваться… и замирает.

Я вижу, как ее лицо меняется. Буквально за секунду с него исчезает вся решимость, уступая место растерянности, а затем — чистому, неприкрытому ужасу. Цвет сбегает с ее щек, глаза становятся огромными и испуганными.

— Лиара? — мое сердце пропускает удар. — Что случилось? Нас нашли?

Она медленно поворачивается ко мне. Ее губы дрожат так сильно, что она едва может выговорить слова.

— Нет… Хуже… — шепчет она.

В голосе Лиары звенит отчаяние.

— Мы так бежали, так петляли по этой чаще… Эола… Кажется, мы заблудились.

Ее слова бьют даже сильнее, чем та внезапная и несправедливая пощечина Джареда.

Я смотрю на Лиару и вижу, как она начинает часто и поверхностно дышать, ее глаза испуганно бегают по одинаковым деревьям.

Еще немного, и у Лиары начнется истерика.

— Лиара, тише, успокойся, — говорю я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно, хотя у самой внутри все холодеет. — Мы что-нибудь придумаем.

Но она меня не слышит. Она на грани. Вот-вот случится паническая атака.

Нужно сбить дыхание, переключить рефлексы. Я быстро подхожу к ней сзади.

— Прости, — шепчу я и двумя пальцами сильно, до боли, сжимаю мышцу между ее шеей и плечом.