— Хорошо, — киваю я. — Когда отправляемся?

— Прямо сейчас.

Обратный путь занимает гораздо меньше времени. Драгон настаивает на том, чтобы лететь — в драконьей форме. Ну а я даже не смею возразить.

Мир под нами проносится размытой картой из зелени лесов, синевы рек и серых пятен скал.

Я прижимаю к себе кувшин с цветком, чтобы упаси боги мне его не уронить. Я должна приготовить это зелье. Должна.

А еще этот странный сон. Айзек… Лаэра и Аэльрик… Что это было? Пророческое видение? Или отголоски прошлого? Или просто кошмар?

Когда мы приземляемся в моем дворе, уже наступает вечер. Драгон опускается на землю и вытягивает крыло, чтобы я осторожно спустилась с него. Затем муж трансформируется обратно в человеческий облик.

Через мгновение Драгон уже стоит рядом.

Когда мы подходим к дому, я сразу замечаю, что что-то изменилось. В окнах горит свет, а из дымохода поднимается тонкий столб дыма. Скорее всего, Мирая хозяйничает. А где Ксар? Дракариона нигде не видно.

Так и есть, няня суетится на кухне и, кажется, она на взводе.

— Айви, девочка моя! — бросается она ко мне. — Слава богам, вы вернулись!

Ее взгляд скользит по Драгону, и я замечаю, как она слегка кланяется.

— Господин генерал.

Он коротко кивает в ответ.

— У вас все в порядке? — в доме как-то пусто. — С Райгаром все нормально? — спрашиваю я.

Мирая мнётся, а Драгон заметно напрягается.

— Он… ушел, Айви. Сегодня утром.

Дракон же еще слаб!

— Куда?

— Он не сказал, — говорит она, вытирая руки о фартук. — Но оставил для тебя письмо.

Мирая направляется к столу в углу комнаты, но не успевает сделать и пары шагов, как Драгон произносит:

— Мне нужно отлучиться. Ненадолго.

Я поворачиваюсь к нему, удивленная этим внезапным заявлением.

— Что? Сейчас?

— Да. Есть дела, которые не терпят отлагательства, — его глаза темнеют. — Я вернусь к утру.

Прежде чем я успеваю что-то произнести, Мирая подходит с конвертом.

— Вот письмо от господина Райгара, дорогая.

Драгон смотрит на него так, будто няня не бумагу мне протягивает, а как минимум яд. Не обращая на мужа внимание, я бегу письмо.

Боги, мне же показалось или генерал и правда рыкнул?

Нет, не показалось. Вот как Мирая бледнеет.

— Я должен идти, — говорит муж, направляясь к выходу. — До моего возвращения постарайся ни во что не влезть. Айвилена.

Что он говорит? Да еще с таким тоном! Вот же…

Да только некому уже показывать свое возмущение. Дракона уже и след простыл. Какой же он несносный!

Выдохнув, я открываю письмо.

"Уважаемая Айвилена,

Я не имею права больше пользоваться вашим гостеприимством. Я получил весть, которую не могу игнорировать. Знайте, что я никогда не забуду вашу доброту и заботу. Вы спасли мне жизнь, и я в вечном долгу перед вами.

С глубокой благодарностью и уважением,

Райгар"

Ладно, с этим понятно. Главное, что ему стало лучше. И теперь не надо присматривать за раненым драконом. Время сосредоточиться на своей проблеме. У меня остался месяц и одна неделя. Время летит с молниеносной скоростью.

— А где Ксар? — спрашиваю я Мираю, складывая письмо.

При упоминании дракариона ее рыжий кот, дремлющий в кресле, внезапно шипит, выгнув спину.

— Он куда-то улетел сегодня утром, Айви, — отвечает Мирая, успокаивающе поглаживая кота.

Надеюсь, вскоре он вернется. Что-то мне неспокойно на душе.

Затем я замечаю это…

Обычно затянутые молочной пеленой глаза няни, выглядят намного яснее.

— Твои глаза… они стали лучше?

Мирая улыбается, счастливо кивая говорит:

— Да, госпожа. Лирен помогла мне. Она замечательная целительница.

— Это просто прекрасно, — обнимаю я няню. — Но, может, тебе не стоит так усердствовать в домашних хлопатах? Нужно ведь беречь себя.

— Все хорошо, дитя мое. Я ведь привыкшая. Да и Лирен заверила, что умеренные физические нагрузки мне не навредят.

— Ну раз лекарка так сказала, то ладно. Я отнесу цветок в свои покои, — говорю я. — И отдохну немного. День был… насыщенным. Затем спущусь.