— Заходи, — слышу короткий приказ прямо над своим ухом. И почему он так близко? Торопливо иду внутрь шатра, ощущая как сердце невольно ускоряется. Чувствую себя в логове опасного хищника. Он заходит следом, и я его всем нутром ощущаю — от вспыхнувшей под его взглядом кожей до вставших дыбом на затылке волос.

Оборачиваюсь.

Оказываюсь под прицелом внимательного взгляда.

— Раздевайся, — велит он. А у меня во рту пересыхает.

— З-зачем?

Он кивает за мою спину — туда, где по-прежнему стоит бадья. Оборачиваюсь, чтобы убедиться в этом. Она вновь наполнена водой. Горячей. От нее даже пар идет.

— Затем, что я не терплю грязь. Надеюсь, что и ты тоже.

Он делает шаг вперед, и я невольно отступаю. Настороженно слежу за каждым его движением.

— Я… не буду перед вами раздеваться! — заявляю со всей уверенностью, на которую способна. Вот только голос дрожит, как хвост трусливого зайца. Передо мной Владыка, и отказ ему смерти подобен.

Вот только я уже выяснила, что смерти не боюсь. Точнее, не так сильно, как быть сломленной.

Аарон склоняет голову набок, и в его глазах загорается непонятное выражение. Настоящий омут, в котором черти пляшут.

— Хочешь, чтобы я вышел? — спрашивает таким тоном, что я сразу чую какой-то подвох. Но все равно неуверенно отвечаю.

— Д-да, — звучит почти как вопрос. Торопливо облизываю губы и продолжаю. — Пожалуйста.

На его губах вдруг мелькает что-то похожее на усмешку. Он приближается с какой-то неотвратимостью, от которой у меня каждый нерв на теле гудит.

— Я не против снова поиграть с тобой в догонялки, но давай не сегодня. Я устал. Хочу лечь со своей женщиной. Желательно, чтобы при этом она была чистой.

Я даже не сразу понимаю смысл слов. Оглядываюсь по сторонам, словно ожидая обнаружить в углах шатра упомянутую избранницу Владыки. Инстинктивно отступаю, пока ягодицами не упираюсь в край бадьи. Чувствую поднимающийся от воды жар.

Своей женщиной.

Ах, ну да. Он же меня купил. Там на каких-то бумагах, что я ни разу в руках не держала, в графе «хозяин» значится его имя. И сейчас он решил забрать причитающееся. Раз уж других вариантов нет.

И ради этого притащил меня сюда. Не для того, чтобы узнать про нападение или поблагодарить за спасение жизней. Лишь для собственных нужд. И мое мнение, конечно же, не учитывается. Злость поднимается внутри, сметая внутренние барьеры.

Мне кажется, я до крайней точки дошла.

— Я не буду с вами спать!

— Отказываешься подчиняться? — суровым голосом спрашивает он, нахмуривая брови. Мне даже кажется, что воздух в палатке становится густым и дрожащим от напряжения. Его энергетика давит, пытается подчинить.

Вот только у меня какой-то обратный эффект получается. Предохранители в голове окончательно слетают.

— Да! — мне терять уже нечего. Наклоняюсь, чтобы быстро достать из голенища ботинка нож. Сжимаю его дрожащей рукой, не отводя взгляд от Аарона. Ожидаю увидеть на его лице ярость, но ее нет. Наоборот, там теперь выражение такой неприкрытого интереса, что мне не по себе.

Да что ему от меня нужно?

— Осторожно, Хельга, — мягко говорит он, перехватывая мое оружие прямо за лезвие. — Ты же можешь пораниться.

Вырывает и не глядя кидает куда-то себе за спину, попадая при этом в деревянную балку. От неожиданности я тихо вскрикиваю. На его ладони проступает красная полоса, но драконья регенерация справляется с ней почти моментально.

У меня глаза расширяются от страха. Сбежала. Отказалась подчиняться. Наставила оружие. У меня точно с головой что-то не так.

Аарон подходит почти вплотную. Наклоняется и упирается руками в бадью по бокам от меня, заключая в ловушку. Шумно втягивает воздух возле моего уха, запуская волну мурашек по коже.

У меня сердце сейчас просто выскочит.

А он… улыбается. Широко так, безбашенно, окончательно вводя меня в состояние панического замешательства.

— Упрямая. Впрочем, другого я и не ожидал от своей истинной.

Целых два удара сердца я пытаюсь осмыслить услышанное. Волна отрицания поднимается внутри.

— Вы ошиблись! — звонко выкрикиваю я в его лицо. — У меня нет никакой метки.

Сейчас я все ему докажу. Поспешно задираю рукав сначала на одной руке. Потом на другой. Внутри что-то обрывается, когда я вижу бледные линии на коже правого запястья. Сплетаются в причудливый рисунок, образуя знак принадлежности. Клеймо.

Нет-нет-нет…

Провожу ногтем. Царапаю, словно пытаясь убрать грязь, с каким-то отчаянием осознавая, что оно не смывается.

— Достаточно, — Аарон перехватывает мою руку, пока я не разодрала кожу до крови. Больше не улыбается. Смотрит серьезно. — Ты — моя истинная, Хельга. Я еще вчера это понял.

Осознание подобно удару мешком по голове. Я смотрю на свою руку, покрасневшую от попыток стереть метку, а внутри лишь один вопрос. Почему?