Он меня все сильнее прижимает. Буквально вдавливает в свое тело. Скользит по спине руками, слегка сдвигая ткань вниз. В его прикосновениях какой-то голод. Нужда. Нетерпение.

— Они оставили ловушку. На меня во время ритуала тьма напала. Пыталась выжечь контроль. Огненный дракон моей силы способен весь город с землей сравнять.

У меня от его тона мурашки по коже ползут.

— Но ты же справился? — взволнованным голосом спрашиваю я. Осторожно касаюсь его своей магией, и от ощущений внутри все переворачивается. Разорванные линии, эхо темной магии — почти неуловимое, но его запах внезапно заслоняет собою все.

— Можно и так сказать. Потратил почти весь резерв, восстановил защиту и сейчас я в шаге от безумия, — слышу его улыбку. — Тэлс помогала мне в себя прийти. У нее хорошо получается.

Меня противоречивые эмоции одолевают. Аарон пострадал. Был озабочен защитой Южных земель. А меня все равно почему-то задевает, что он пошел к другой женщиной. Еще и «Тэлс» ее зовет с непередаваемой интонацией в голосе.

Боги, неужели у меня совсем мозги этой истинностью разъело?

Или это нормальная реакция?

— Помогала… массажем?

— Маги воздуха зачаровывают предметы. Но и с энергией тоже работать умеют. Восстанавливают плетение ауры после истощения.

— То есть она и мне могла помочь?

— Если бы ты открылась ее магии. Для этого особый уровень доверия нужен. Но вы же пока незнакомы.

Особый уровень доверия. Мне с каждой фразой только хуже становится. Пытаюсь эти эмоции вглубь себя затолкать.

— Я могла помочь тебе с тьмой.

— Не могла. Ты только очнулась после истощения, котенок.

Не «только», а вчера. В лагере в это время я уже была на ногах. Тьму изгоняла. Но что-то мне подсказывает, что аргумент это так себе. Аарон ориентируется на слова целителя.

— Как ты себя чувствуешь сейчас? Ты… хочешь вернуться? Продолжить массаж?

— Мне скоро нужно быть в другом месте. Просто посиди со мной, Оля. Я тобой надышаться не могу.

В моей груди что-то перемыкает от этих слов. В голове еще миллион вопросов, но я молчу. Все это утро я беспокоилась только о себе, а сейчас задумываюсь каково ему. Узнать, что защиту сломали. Получить удар от семьи. Пострадать. Не спать, потратить резерв, удерживать контроль над драконом.

И я бы ничего этого не узнала, если бы мы не поговорили сейчас. Варилась бы в собственных эмоциях. Так же как и он мысли мои не читает.

— Я хотела кое-что сказать. Для меня здесь все новое, — произношу я после недолгой паузы. — Мне нужно время, чтобы освоиться. Но я определенно точно не хочу оставаться в неведении в дальнем крыле. Сидеть там, считая часы до твоего возвращения. Я хочу быть полезной. Не только… как твоя истинная.

— Я помню. Разберусь с делами, а ты восстановишься. Потом мы тебя представим как полагается. Договорились?

— Хорошо, — медленно отвечаю я. Кусаю губы, не зная, стоит ли поднимать еще одну тему сейчас. — А еще мне было неприятно увидеть тебя с другой женщиной.

— Ты, кажется, очень плохо понимаешь, что значит быть моей истинной. Это значит, что я только тебя хочу, Хельга, — проникновенно говорит он мне на ухо. — Буду почаще напоминать тебе об этом.

Покусывает мочку, парализуя всю эту сторону мурашками. Приятная щекотка отзывается спазмом внизу живота. Вздрагиваю всем телом, пытаюсь отстраниться.

— Аарон…

— Связь установится, и ты сама все поймешь. Я и сам этого жду. Я хочу тебя чувствовать. Знать, где ты находишься, чтобы защитить. А не искать по всему замку. В столице сейчас неспокойно. Мало ли что.

— Почему неспокойно?

— А вот это уже точно вечером. Если я не вырублюсь, — он откидывает голову на спинку дивана и закрывает глаза. Смотрю на его идеальное лицо, и внутри что-то обрывается. Хочу его коснуться — пальцами, губами. Аж кожу покалывать начинает.

— Когда ты в последний раз спал?

— В лагере, котенок, — ровным тоном отвечает он, и мои глаза невольно расширяются. Сколько это? Две, три ночи?

— Ложись, — велю строгим голосом. Аарон приоткрывает глаза, рассматривает меня из-под полуприкрытых ресниц. В уголке его губ мне чудится улыбка.

— Снова командуешь мной?

— Хочу позаботиться.

— Ревнуешь, заботишься… просто бальзам для души. Хочу, чтобы ты вся моей была, — его лицо становится серьезным. Глаза неотрывно смотрят в мои. Аарон касается ладонью моей щеки и проводит большим пальцем по нижней губе.

Мое дыхание сбивается, сердце бьется быстрее. Повинуясь странному желанию, легко целую его палец. На дне его глаз загорается пламя, опаляя меня изнутри.

— Боги, какая ты красивая. Даже не представляешь, что я чувствую, когда ты так на меня смотришь.