Он уже взялся за дверную ручку и, неожиданно для меня, обернулся. Коротко оглядел сверху вниз. Его взгляд на несколько мгновений задержался на вышитой птичке и снова уставился мне в глаза. Но уже закалённая тяжёлыми взглядами Его Высочества, я лишь слегка улыбнулась в ответ на его испытующий взгляд.

— А ты та самая подруга нашей Софи? — насмешливо поинтересовался он.

Я поднялась для формального приветствия и вежливо произнесла:

— Элен Лерхенфельд, в данный момент исполняю обязанности личного секретаря Его Высочества.

— Личный секретарь значит… — медленно проговорил он. — Уже наслышан.

После этих слов он открыл дверь и скрылся в кабинете принца.

Как только захлопнулась дверь, я рухнула в кресло, недовольно приподняла брови и тяжело выдохнула. Выровняла свои стопки отчётов, чуть передвинула подставку с перьями и покосилась на кристалл связи.

В этот момент на спинку кресла приземлилась Стрелка.

И на неё я тоже покосилась с недовольством. Просто так. На всякий случай. День сегодня тяжёлый.

— Замечательная у тебя способность: и исчезать, и появляться когда вздумается. Очень удобно, — пробурчала я, открывая очередную папку.

— Да не люблю я с фрейлинами встречаться, — проворчала Стрелка, и было в её голосе горькое разочарование.

— Так, так, так, — с интересом развернулась я в кресле, — расскажи мне, чем они успели обидеть мою маленькую птичку.

Но Стрелка ответить не успела, да и вряд ли хотела рассказывать. На её счастье, из кабинета вышла главный редактор в сопровождении Верховного стража. Двигалась она при этом довольно скованно, зато глазами вращала с нескрываемой ненавистью.

Не обращая на нас внимания, эти двое покинули комнату в полном молчании, а я снова задумчиво посмотрела на Стрелку.

«Всего третий день во дворце, — думала я, разглядывая птичку. — Всего третий день. Вроде бы совсем немного времени прошло, а событий столько, сколько со мной за несколько лет не случалось. Как скучно я, оказывается, жила», — развернулась и села ровно.

Критически оглядела стол, как генерал оглядывает войска перед битвой. И сделала для себя два вывода.

Первое. Мне здесь нравится! Да, сложно и тяжело, но моя тихая семейная жизнь сейчас казалась невообразимым болотом.

Второе. Мне обязательно надо удержаться на этом месте, а значит… надо вступать в игру. Меня не оставят в покое. Сегодня это стало ясно, как светлый день. Но и уподобляться придворным сплетницам и склочницам я не собиралась.

«Надо спросить совета у Софи», — решила я, но только я вернулась к своим бумагам, как меня осенило.

— Робертино! — прошептала я. Вот кто мне поможет во всём разобраться и выработать чёткий план!

— Элен, зайди! — раздался громкий голос принца, и я вскочила, резко выдернутая из собственных мыслей.

Схватила уже проверенные отчёты и рванула в кабинет к принцу.

Закрывая дверь, я приняла ещё одно решение.

— Ваше Высочество, — сказала, прижимая к груди бумаги, — мне нужно рассказать вам, что произошло сегодня утром.

Я сделала паузу, пытаясь унять внезапно переполошившееся сердце. Оно билось так сильно, что стук отдавался в ушах.

— Слушаю, — сказал принц, но почему-то его ровный голос не добавил мне спокойствия.

Тем не менее я вздохнула. Выдохнула. Принц сидел за столом, откинувшись в кресле, и лица его мне не было видно.