Кивнул, бросив взгляд на разложенные аккуратными стопками документы и, продолжая улыбаться, ушёл к себе в кабинет.

Но как только закрыл за собой дверь, улыбка исчезла с моего лица. Нежным, влюблённым мужчиной я был только для неё. Для всех остальных — всё тот же ледяной, суровый принц.

Клэрмонт стоял рядом со стеллажами, но зная драконий слух, я был уверен, что слышал он всё. До последнего слова. Даже если и не хотел.

Он ждал и выглядел как статуя — идеальный воин, лишённый сомнений и страстей.

— Надеюсь, причина твоего вторжения весомая, Клэрмонт, — властно произнёс я.

Подошёл к своему столу, но не сел, а опёрся кулаками в столешницу.

— Более чем, — дракон шевельнулся, поворачиваясь в мою сторону.

— Говори.

— Вольдемар Лерхенфельд дал показания. Под давлением улик и впечатлений от сегодняшней встречи. Желая спасти себя, он переложил ответственность на Лиорель Элдвич и своих родственниц, утверждая, что пал жертвой их интриг.

Я усмехнулся.

— Исход королевского суда для этих женщин предсказуем. Им предъявлено обвинение в измене со всеми вытекающими последствиями. Король не будет их щадить, но в силу того, что процесс закрытый, для всех они просто пропадут из столицы, — продолжил Клэрмонт. — Себастьян Кейн покинул Аввион и по настоянию короны вместо него возвращается прежний посол.

— Хорошо, — сухо ответил я.

— Господин Лерхенфельд будет судим за нападение на королевского служащего высокого ранга. Это обвинение лишает его всех привилегий и титулов. Когда обвинение будет озвучено, всё, что принадлежит Лерхенфельду отойдёт к его законной жене. После этого будет подписано прошение на развод, которое мы составили с леди. Документ уже у короля.

— Отлично сработано, Клэрмонт, — сдержанно поблагодарил я дракона.

Тот почтительно склонил голову.

— Таддеус сказал, какое задание хочет поручить тебе после судов? — я выпрямился и заложил руки за спину.

— Да, Ваше Высочество, — Клэрмонт снова на секунду склонил голову.

— Вердания ценный для нас союзник. Разрывать отношения из-за истерик младшей принцессы… — я выразительно посмотрел на дракона и продолжать не стал.

— Я понимаю, Ваше Высочество, — лицо дракона оставалось бесстрастным.

— Мы уверены — ты справишься с этой миссией и сможешь убедить короля Вердании. Мы не держим зла и уверены в нерушимости нашего союза.

Я обошёл стол и встал напротив дракона.

— Никто, кроме тебя не сможет виртуозно распутать этот клубок, Освальд.

Губы дракона чуть растянулись в улыбке, но он тут же стёр её с лица.

— Благодарю за доверие, Ваше Высочество, — проговорил он ровно.

— Можешь идти.

Дождавшись пока за Клэрмонтом закроется дверь, я вернулся к столу и сел.

«Что же, — со вздохом оглядел кабинет и щёлкнул пальцами, оживляя магических птичек. — За работу».

Зал Правосудия встретил меня привычным могильным холодом. Здесь никогда не топили. Считалось, что холод проясняет ум и не даёт страстям взять верх над справедливостью. Стены настойчиво вытягивали тепло из любого, кто входил сюда. Независимо от цели.

Но мне не нужен был холодный камень, чтобы заморозить сердце, я умел это делать сам. По щелчку пальцев.