— Если ты хочешь именно так распорядиться наследством бывшего мужа, мы должны сделать из этого громкое событие. Того требует репутация короны, — пояснил он и сразу же добавил: — Привыкай, родная. Мы всегда на виду, кроме тех случаев, когда тайно сбегаем из дворца.

— Хорошо, — ответила я тихо и несмело улыбнулась.

— Хорошо, — улыбнулся в ответ принц. Потом встал и повернулся к Клэрмонту. — Готовь список. И вот ещё что…

Его Высочество коротко рассказал адвокату про нашу сегодняшнюю встречу с Вольдемаром.

— Я думаю, будет хорошо, если леди Зарецкая прогуляется завтра по городу в облике Элен. Пусть пройдутся вместе с Софи по парку, зайдут в пару магазинов. Пусти следом за ними своих людей. Незаметно, — распорядился принц.

— Сделаю, — коротко ответил адвокат, собрал бумаги и оставил нас.

— А теперь нас ждёт урок магии и ужин, — доверительно сказал принц, повернувшись ко мне. — И я намерен провести это время постоянно напоминая, что в твоей жизни есть кое-что поинтереснее судов, бывшего мужа и даже королевских указов.

Он смотрел на меня с таким откровенным, почти озорным вызовом, что сердце ёкнуло.

— Например? — спросила, чувствуя, как по щекам разливается предательский румянец.

— Например, я, — просто ответил Кассиан.

Дорогие сплетницы и сплетники! Пришпиливайте свои дорогие чепцы и хватайтесь за успокоительные капли — история, которую мы раскопали, заставит побледнеть даже самую чёрствую совесть!

Речь идёт о, казалось бы, безупречном союзе: господин Вольдемар Лерхенфельд и его тихая, как мышка, супруга Элен, наследница древнего аристократического рода.

Все помнят эту пару? Он — блистательный, улыбчивый, обворожительный. Она — тень с кроткой улыбкой. Появляющаяся лишь затем, чтобы поддержать супруга взглядом, полным обожания.

«Тихая, как мышка?» — поморщилась я и сделала первый глоток утреннего кофе.

Но благородная доверчивость столкнулась с холодным расчётом! Коварный злодей сумел обмануть не только свою хрупкую жену, но и всех нас! Да-да, не отворачивайтесь! Мы все стали жертвами ледяного бессердечия!

Мы ещё помним, как этот «безупречный» господин совсем недавно на страницах «Сплетника» лил настоящие гигантские слёзы, когда рассказывал, как оказался в разводе со своей дражайшей женой.

Враньё! Дорогие наши сплетники, вы приняли успокоительную настойку? Вас ждёт грандиозное разоблачение!

Юная жена, благородная воспитанница пансиона, свято верила в святость семейного доверия. И именно эту благородную доверчивость использовал наш антигерой.

Каков подлец! — воскликните вы. И будете совершенно правы!

Как уверяют наши осведомители, господин Лерхенфельд, улыбаясь, подсовывал супруге одну бумагу за другой — счета, договоры, «пустяковые формальности для управляющего».

«Подпиши здесь, дорогая, не утруждай свои прелестные глазки», — вероятно, говорил он.