– Что? – встревоженно спросил Такеши. – О каком Шине ты говоришь?

– О Шине Кидо. Вашем воспитаннике.

– Он – твой избранник? Привязанный? – вскричал Такеши, и в голосе его была ярость. – О, нет, как боги могли допустить это! Как ты могла! Ты… ты чудовище. Бедный мой мальчик…

– Но вы ведь сами создали меня такой, грандмастер.

– Да… да, ты права, – пробормотал Такеши. – Это я во всем виноват, я ведь сделал тебя такой.

Глаза учителя Такеши наполнились слезами.

– Вы плачете, грандмастер?

– Да… ведь Шин – мой сын. Родной и единственный сын.

Такеши Миновара залпом выпил целый кувшин сакэ, сделал глубокий вдох и начал свой рассказ.

Чуть более 20 лет назад Такеши полюбил вдову одного уважаемого князя. Ему было тогда уже больше 50 лет, и он давно отказался от идеи завести семью. И хоть у него были обязательства перед предками – оставить наследника, чтобы передать ему фамильное поместье Миновара и довольно большую рыбацкую деревню Хаяо – Такеши решил, что его предназначение в другом. Еще в молодости он покинул поместье и оставил своего верного слугу в качестве управляющего, чтобы путешествовать по стране и учиться у знаменитых мастеров боевым искусствам и духовным практикам.

Видно было, что учителю Такеши нелегко рассказывать эту историю. Он часто делал паузы и вздыхал:

– И вот в одном из храмов я встретил ее, госпожу Агури, которая приняла постриг после смерти мужа, князя Ю***. Я не могу назвать эту фамилию, скажу лишь, что это древняя, уважаемая семья, состоящая в родстве с самим императором. Между нами возникли чувства, и это была не просто слепая страсть, это было настоящее глубокое взаимопонимание…

…В итоге моя возлюбленная госпожа забеременела, и это стало для нее неожиданностью. Она считала, что в ее возрасте это уже невозможно, тем более, что более за десять лет брака с князем Ю*** детей у них не было… Я же сказал, что это подарок судьбы и знак свыше: теперь ей нужно оставить храм, стать моей женой, и мы вместе будем растить нашего сына… Но Агури сказала, что это навлечет позор на весь ее род. Она не может предать память своего мужа и опозорить себя перед предками. Она останется в этом храме, а ребенок… я должен сам позаботиться о нем. Никто не должен знать, что она родила ребенка, иначе родственники ее мужа подослали бы убийц (ребенок Агури, хоть и считался бастардом, мог претендовать на наследство).

… И вот, когда пришло время, ребенок родился. Мальчик. Мой сын. Мне пришлось под покровом ночи тайно покинуть храм вместе с младенцем, а его мать, Агури, так и осталась в храме. Я дал ему имя Шин, что значит «истина». Я ведь на тот момент уже полвека всё искал свое истинное предназначение, а в итоге вернулся домой с ним, моим ребенком. Значит, в нем и есть мое истинное предназначение.

Я отвез его в свою деревню и отдал на воспитание одной бездетной паре рыбаков. О, нет, он не рос в нищете, я позаботился о том, чтобы у этой семьи был достаток – но в целом, моя деревня отнюдь не бедствовала.

– Но почему вы отдали своего сына чужим людям? – осмелилась спросить Мираи. – Вы ведь только что сами сказали, что Шин – это подарок небес вам и ваше истинное предназначение.

– Да, сказал. И я так думал. Но слова и мысли – это одно, а дела – совсем другое. Я не очень хороший человек, Мираи, это правда. Да и в мире людей… столько условностей. Я должен был объяснить обществу, откуда у меня взялся сын. Мне пришлось бы жениться – а я не мог даже представить, что рядом со мной будет какая-то другая женщина, кроме моей возлюбленной. Потом мне стало так больно, что моей Агури нет рядом со мной, и я захотел все забыть. А Шин… он слишком напоминал мне ее, и я решил, пусть он лучше растет у других людей.

Вскоре я договорился с настоятелем вот этого храма близ Салидамы и основал там Академию для будущих воинов. Я хотел сделать что-то хорошее для страны, внести свой вклад.

Спустя год я узнал, что Агури нет в живых. И она не просто умерла – ее душу забрал демон. Монахини нашли ее тело с белыми глазами…

– Значит, она не видела смысла жить… – предположила Мираи. – Она отдала душу демону за последнее желание. Думаю, она хотела увидеть своего сына, подержать его на руках…

– Наверно, – согласился Такеши. – Но в тот момент я понял только одно: демоны-лисы рядом с нами, и они опаснее всего на свете. Я и раньше это знал – просто ни разу не становился свидетелем их злодейств. А с тех пор я стал собирать сведения о демонах, чтобы предостеречь моих учеников и других людей. Я написал книгу – ты там посмеялась над многими вещами, но уж… как получилось. Я ведь всего лишь человек.

Следующие четыре года я занимался делами Академии и изучал демонологию. Иногда я заезжал в свою деревню и буквально краем глаза следил, как растет Шин, но я не слишком много думал о нем, по правде говоря.