— Будь мягкой, покладистой кошечкой. Позволь ему чувствовать себя сильным, мудрым, непобедимым. И, конечно, удиви его в постели.

Удивить в постели? После всего случившегося? Нет уж, извольте.

— Тетя! Есл…

— Не смущайся, дорогая, — отмахивается от меня она. — Это природа. Мужчина может простить женщине многое, если она умеет… доставлять удовольствие. В спальне ты можешь заставить его выполнить любую твою прихоть. Уверяю тебя, он и думать забудет о разводе.

Внутри меня все переворачивается от раздражения. Не потому, что мне неприятна сама тема. И не потому, что с Драгоном у нас было плохо в этой стороне супружеских отношений — наоборот, в интимной жизни мы всегда находили гармонию, даже когда в остальном отдалялись друг от друга.

Меня возмущает сама идея, что я должна унижаться, притворяться, использовать свое тело как инструмент манипуляции. Я не пойду на такие ухищрения.

Это значит переступить через себя, через остатки своей гордости. Через свое достоинство, которое, кажется, единственное, что у меня осталось.

Тетя Кэролайн вмиг считывает мои эмоции и уже не кажется такой добродушно-милой. Ей явно не нравится мое неповиновение.

— Ох, Айви! — вскрикивает она, всплеснув руками. — Ты всегда была такой упрямой! Эта твоя гордость до добра не доведет. Неужели ты хочешь остаться одна, без положения, без средств? Подумай о будущем!

— Я думаю о будущем, — тихо отвечаю я. — Но не о таком.

— О каком же? — фыркает тетя. — О жизни старой девы, зарабатывающей жалкие гроши продажей зелий? Или ты надеешься, что другой знатный господин предложит тебе руку и сердце после развода с генералом? Так не бывает, девочка моя. Разведенная женщина — подпорченный товар.

Товар!

Вот кем она меня видит. И самое печальное, что не только мужчины такого мнения, но и сами женщины.

Внезапно дверь открывается без стука, и на пороге появляется Драгон. Он выглядит усталым, но собранным. Его темные глаза мгновенно оценивают ситуацию.

— Леди Кэролайн, — произносит он с безупречной вежливостью, но в голосе слышится лед. — Рад, что вы смогли составить компанию моей жене.

— Генерал! — тетя мгновенно преображается, расцветая улыбкой. — Какая честь! Надеюсь, вы не сочтете мой визит неуместным. Я так беспокоилась о дорогой Айви.

На лице мужа появляется вежливый оскал. Так только тигр мог бы улыбаться, который собирается откусить тебе руку. Ну или дракон.

— Ваша забота о племяннице делает вам честь, — отвечает он, проходя в комнату. — Особенно учитывая непростую ситуацию с делами вашего супруга.

Тетя вмиг напрягается, хотя улыбка остается приклеенной к ее лицу.

— Вы осведомлены… — начинает она.

— О фиаско с торговым домом Бертрамов? Да, эта новость достигла столицы. Неприятная история. Ваш муж всегда казался мне более осмотрительным.

— Обстоятельства сложились неудачно, — расправляет плечи тетя. — Ричард слишком доверился людям, которые оказались недостойны.

— Доверие — роскошь в мире торговли. Впрочем, я уверен, что лорд Норт найдет выход из положения. Он всегда славился… находчивостью.

Слова Драгона звучат так, будто он только что дядю извалял в грязи. И судя по тому, как дрогнуло лицо тети, она тоже поняла.

— Спасибо, генерал. Что ж, не буду вам мешать, — говорит Кэролайн, поднимаясь. — Уверена, вам есть о чем поговорить с Айви наедине.

Тетя наклоняется ко мне, целуя в щеку, шепчет на ухо:

— Помни о моем совете, дорогая. Это твой шанс.

Провожая ее взглядом, я сижу, не шелохнувшись. Каждой частичкой своего тела чувствую присутствие мужа. Ощущаю его взгляд на своей коже. По спине бегут мурашки, но на лице не дрогнул ни единый мускул.

Дракон не узнает, что творится у меня в душе. Никогда не узнает. Он потерял на это право.

— И что за совет дала тебе тетушка? — спрашивает он, приближаясь, словно хищник к добыче. — Судя по цвету твоих щек, что-то весьма… интересное.

Сейчас я могу либо проиграть, либо вступить в бой. Неравный, возможно, болезненный для меня, но не унизительный.

Я выбираю второе.

— Она посоветовала то, на что я никогда не пойду, — равнодушно произношу я.

— Интригуешь, — усмехается дракон, наклоняя голову вбок. — Что конкретнее?

Он думает, что сможет меня смутить? Или ожидает, что я склоню голову? Может, в прошлом так и было бы, но не сейчас.

— Она предложила мне ублажить тебя в постели, чтобы добиться расположения.