Свидетелей чего? Сердце больно колет, когда я вижу их.

В зал заходит Сайра и Уильям, ее муж. Повариха и садовник. Единственные, кто тепло относится ко мне в доме мужа.

Ничего не понимаю.

— Говорите, — рычит судья. — Что вы видели?

Избегая моего взгляда, Сайра произносит:

— Я видела, как госпожа перед приездом генерала принимает специальную настойку.

Правильно, я всегда ее пила от головных болей. Стоит мужу оказаться рядом, как голова становится чугунной. Болела так, что словно раскалывалась пополам.

Не желая разочаровывать Драгона, я заранее пила лекарство, чтобы облегчить неприятные симптомы.

— Из чего она? — щурится судья.

— Из аромеллы, — произносит Сайра.

Что? Я задыхаюсь от возмущения. Предательство обжигает сильнее кипятка.

В зале раздаются шокированные вздохи. Все оторопели. В оцепенении и я. Аромелла — цветок под строжайшим запретом.

Настойка из его корня способна поработить драконью сущность, но не многие об этом знают. Еще аромелла может пробудить желание у дракона. Находились те, кто пытался таким образом женить на себе дракона.

Но я то не из них!

— Преступница! — охают в зале. Их голоса сливаются в единый гул, который давит на меня со всех сторон.

— Айви, как ты могла? — с притворным ужасом произносит Кларисса…

— Это ложь! Аромеллу никогда я не использовала, — заявляю я. Голос срывается от ярости и отчаяния.

Внутри трясёт от несправедливости. Какой фарс. Кто это придумал?

— Помолчите, леди. Сейчас опрашиваем свидетелей, — рявкает судья. — У вас есть доказательства?

— Конечно, ваша честь, — кивает Уильям. — Госпожа приказала мне тайком выращивать три корня аромеллы. Меня вынудили. Они растут в ее саду, среди кустарниковых роз.

Это же все клевета! Я знаю каждый кустик в своем саду. Никакой аромеллы там и подавно нет.

Внезапно дверь с грохотом открывается. Поворачиваюсь и…

О боги, нет!

На пороге стоит Драгон. Тяжелое дыхание, пронизывающий взгляд обсидиановых глаз. Он смотрит на меня. Внутри все сжимается от страха. На лице мужа вижу капли свежей крови, не его. Врагов. Руки руки сжимают рукоять меча, уверена, что представляет муж мое горло.

— Все вон! — спокойно приказывает он.

По спине бежит холодок. За мгновение всех как ветром сдуло. Даже судью.

— Драгон, дорогой, — поднимается Кларисса и делает шаг к нему.

— Оставь нас, — не глядя на мачеху, велит муж. — С тобой поговорим мы позже.

Кларисса, как натренированная собачонка, вылетает из зала.

Мы здесь одни. Так тихо, что я чувствую стук собственного сердца. Горло сжимается, а колени позорно трясутся.

— Как долго, Айви, ты принимала эту дрянь? — щурится мой муж, тяжело дыша.

— Никогда я ее не принимала. В руках даже не держала, — поднимаю я голову.

Пусть это будет последним, что я скажу, Но я не промолчу. Не в этот раз.

— Хочешь сказать, что другие лгут? — безжалостно усмехается супруг.

— Вот именно.

Боги! Как он смотрит! Будто на месте хочет испепелить. А он ведь может. Генерал — истинный дракон. Его огонь безжалостен.

— Ты же знаешь, что играть со мной опасно, Айви, — сокращает он между нами расстояние до жалких миллиметров.

Своим ртом ловлю его дыхание, и мне хочется провалиться сквозь землю. Потому чувствую внутри тепло. Боги, помогите!

— Я не знаю что ты хочешь услышать, но я ничего не делала. Меня оболгали. Неужели ты это не видишь? — отвечаю я.

— Аромелла на вкус горчит, — говорит дракон, медленно приближаясь. — А эффект проходит через три часа. Ты ведь не ждала сегодня близости, ведь так? Не лги мне, Айви. Я ведь могу узнать, пила ли ты ее или же нет.

Делаю рваный вдох и едва не жмурюсь от запаха дикой хвои. Его запах. Хочу отступить, но некуда. Драгон прижимает меня своих телом к широкому столу.

— Тогда проверь, — вскидываю голову и смотрю в его глаза. Черные, бездонные глаза.

Что-то во взгляде мужа меняется. Хотя я знаю, что это. Желание. Тут такое происходит, а у дракона именно это на уме?

Дергаюсь, пытаясь вырваться. Но куда уж мне. Разве возможно сдвинуть скалу с места?

Положив руку на затылок, муж фиксирует меня, чтобы не вырвалась. Его пальцы вплетаются в мои волосы, слегка оттягивая их назад.