— Я защищаю нашу семью, Олесь, — мрачно отвечает муж. — Виктор Георгиевич мне сказал, что ты ночевала с мужчиной. Они следят за тобой, понимаешь? Надеюсь, речь про этого Диму? Или есть другие мужчины, у кого ты могла ночевать?

— Про этого, — произношу на выдохе. Чувство, что я попала в невыносимо мерзкую выгребную яму. — Мне грязно в твоем мире, Леш. Мне гадок ты и вся твоя шайка. Раковая опухоль на теле общества.

С этими словами я направляюсь к лестнице, и Алексей меня уже не держит.

— Я пошел в политику, чтобы сделать город лучше, Олесь, — долетает в спину сокрушенным тоном. — И я уже сам разочаровался.

Останавливаюсь. Во мне все еще живы чувства к нему, я помню, каким мечтателем в свое время был Алексей. Похоже, какие-то вещи не меняются.

— Я стремился в политику, потому что думал, что так сделаю лучше жизнь людей, построю школы, детские сады, доведу до конца пресловутую мусорную реформу, сделаю так, чтобы улицы не посыпали солью. Это все стало бы в моей власти! — Алексей ласково берет меня за руку и разворачивает к себе. — Но мир политики грязный, ты верно заметила. В нем правят деньги, а не идеалы. Я сейчас заложник этого кресла, хотя понимаю, что уже и не хочу в него садиться. Я правда все делал для нашего блага. Ты ведь тоже думала о том, чтобы завести детей? Я хотел, чтобы они жили в прекрасном безопасном и чистом городе!

Он выглядит искренне огорченным.

— Прости меня, что вспылил из-за этого Димы. Дело не в недоверии, а в общей нервозности, — Алексей делает мне жест в гостиную. — На меня давят. И плохо в случае моего провала будем всем. А я очень не хочу, чтобы ты пострадала. Я понял, что прилип, когда узнал, что на карте. Я ненавижу себя за то, что переспал с Наталией, но этого не вернуть, а благополучно выйти из этой истории еще можно.

— Зачем ты мне все это говоришь? — спрашиваю, прямо глядя ему в глаза.

— Хватит меня ненавидеть, Олеся, — отвечает Алексей с искренне удивленным видом. Будто я не понимаю, что два плюс два — четыре.

— У меня нет ненависти к тебе, Леш, ты забыл, что сказал, что мои чувства к тебе атрофировались? — язвительно вру, на самом деле мои чувства до ненависти уже не дотягивают, но ничего положительного к Алексею внутри нет. — Пусто. Все прошло.

— А у меня ничего не прошло, — выпаливает он. — Ты нужна мне, как и прежде. Точнее, нет. Сильнее, чем раньше.

Ничего не отвечаю. И слушать не хочу. Травит душу. Любой женщине хочется, чтобы провинившийся муж искренне извинился. И Алексей вроде извиняется, выглядит искренним, но мне недостаточно. Я не верю. И не понимаю, как в нем может уживаться любовь ко мне и желание к другой женщине.

— Закончим этот разговор, он бесполезен, — выговариваю утомленным голосом. Вино выветрилось, на место опьянению пришла усталость. — Доживем в мире до твоих выборов.

На этом я наконец ухожу спать, и Алексей мне не препятствует. В своей спальне раздеваюсь и без душа ложусь в постель. И у меня в клатче снова звонит телефон. Наверное, это Дима. Черт. Я и забыла про протечку. Но сегодня я наверняка никуда не поеду.

Все же выбираюсь из постели и отвечаю на звонок.

— Я все решил, — выпаливает Дима, — Сосед просто спал. Достучался все-таки с горем пополам.

Меня клинит. Еще один мужчина, который зачем-то рассказывает мне то, что меня не касается.

— Зачем ты мне это говоришь? — спрашиваю, ловя себя на дежа вю.

— Ну как… тебя, наверное, волнует, как поживает твоя квартира, — смущенно доносится из трубки.

— Тебе квартиру моя мама сдавала, ей и сообщай, — от усталости начинаю злиться. Дима раздражает. Да меня сейчас все раздражает.

— Сообщил уже, решил и тебя порадовать, рыжая, — легкомысленно заявляет Дима. — Спасибо, что выслушала.

— Все, пока, — отвечаю и вешаю трубку.

Что ему от меня надо-то? Таки падаю на кровать и почти мгновенно засыпаю.

Наутро просыпаюсь снова в пустом доме. Алексей уехал на работу. Никуда не хочу выезжать. Хочу провести этот день в собственное удовольствие. Заказываю домой продуктов, выбираю, чего бы приготовить на ужин, чтобы Алексей точно обзавидовался. В середине дня все же выбираюсь в местный СПА-центр на массаж.

Возвращаюсь домой около семи вечера. Поздновато, засиделась я в сауне. Не успею приготовить до прихода Алексея, засада. Подходя ближе к дому, замечаю чужую машину рядом с соседским участком. Напротив нашего так и дежурит бессменный внедорожник с охраной от Алексея.

Из незнакомой машины выходит Эдуард. В руках два пакета — побольше с телефоном и поменьше с диктофоном. Похоже, анализ проведен. Возвращаюсь к охране. Переднее водительское стекло опускается, и я предупреждаю ребят, что мужчина к нам.

— Здравствуйте, Эдуард, — произношу приветливо. — Как я посмотрю, провели исследование?

Открываю дом и впускаю гостя внутрь.