Отпустив грузчиков, оглядываю гостиную и понимаю, что зря не попросила их переставить тумбочку, которая стоит у барной стойки как ее приставное продолжение. Там ничего нет, мы просто не знали, куда ее деть, и поставили тут.

Она легкая. Переношу ее к окну, чтобы потом водрузить сверху какой-нибудь цветок, но слышу, что внутри что-то болтается. Заглядываю в единственный ящик и замираю. На голове шевелятся волосы. Вот это «подарочек»!

После вчерашней беседы с Олесей на душе легче не стало. Глупо было думать, что честный рассказ о том, почему я вел себя, как подонок, уменьшит мои угрызения совести. Но теперь Олеся знает правду, и я могу надеяться, не совершит ничего непоправимого.

Я понимаю ее негодование. Застать меня в постели с другой женщиной — это одно, а увидеть меня с ней еще раз — это другое. И намного хуже. Она перестала мне доверять, и словам в такой ситуации она не поверит. И что, что тем вечером я действительно пытался выставить эту назойливую дрянь? Лишь слова. А Наталия будто нарочно подстроила так, чтобы пропасть между нами с Олесей только росла.

Еду в штаб в надежде, что Миша порадует меня какими-то новостями. Я почти уверен, что Наталия подослана Мальцевым. Этот плут пойдет на что угодно, чтобы помешать мне стать губернатором. Может, и за ним стоят мужчины вроде тех, кто подталкивает к посту меня? В любом случае игра Наталии вскрылась, теперь надо найти все недостающие куски головоломки и решить, как элегантно убрать ее с дороги.

Миша уже ждет меня в опенспейсе, где сидит почти вся команда. В руках держит папку и смотрит на меня с довольной улыбкой.

Жестом зову его в кабинет — небольшую отгороженную гипсокартонными перегородками комнату. Сажусь за стол, Миша — на место посетителя. Протягивает мне папку.

— Пробил я нашу Наталию Чистякову, — произносит злорадно. — Биография у нее отличная, не прикопаешься. Опыт работы белый. Но ее связь с партией Мальцева подтвердилась. Она засветилась среди его волонтеров до того, как попала к нам. Нашел на фото в соцсетях. Этого, конечно, на бумаге нигде нет.

Киваю. Подтвердилось. Получается, она изначально работала против меня?

— А что со столом? Нашел что-нибудь? — чувствую, как от волнения вскипает кровь.

Какой-то частью сознания я даже боюсь, что там могло обнаружиться. И хуже всего будет, если она каким-то образом прознала о договоренностях, которые я заключил. Это закопает всех причастных, когда электорат сочтет, что их пытаются надуть… Тогда не быть мне губернатором, и ответка за такое прилетит знатная.

— Ничего, — пожимает плечами Миша. — Почти. В углу нижнего ящика нашли маленькую белую таблетку. Как сахарозаменитель…

Меня как молнией прошибает.

— Отправил на экспертизу? — перебиваю его резче, чем позволяют приличия.

— Обижаешь. Уже изучают, — отвечает Миша. — Ты чего такой нервный? Сам догадался, что за тачка приезжала?

Ухмыляется.

— Тоже пробил? — спрашиваю с досадой.

— Ага, — Миша кивает. — Числится в парке РосБиоХима.

Так я и думал. Виктор Георгиевич Чарнецкий — член совета директоров этой мегакорпорации. Ему я обещал утилизационную реформу. Законодательное внедрение специализированных центров по приему батареек и аккумуляторов в продуктовых магазинах за налоговый вычет для компаний. Зачем это РосБиоХиму, и знать не хочу, но законопроект я ему обещал. Городу будет только лучше. В итоге все окажутся в выигрыше.

Похоже, пришло время нам еще раз встретиться.

— Миш, найди мне нового помощника, пожалуйста. И пробей всю его историю до того, как он начнет тереться рядом со мной, — устало тру лоб и бужу телефон. — И еще, пусть он будет мужского пола, хорошо?

Мне искренне хочется держаться от женщин подальше. Чтобы даже не допустить ситуации, которую Олеся сможет принять за флирт или попытку закрутить очередную интрижку. Да, была бы моя воля, я, наверное, всех женщин бы заменил на мужчин в штабе. Но есть некоторые виды деятельности, с которыми слабый пол справляется лучше.

Миша посмеивается и обещает подыскать проверенного человека, а я… вынимаю телефон и набираю Виктора Георгиевича.

Отвечает, естественно, помощница. Нежный голосок, исключительная вежливость и стальная воля. Ты ей слова против не скажешь, она умеет так строить предложения. Обещает передать своему руководителю, что я хочу с ним переговорить. Меня невероятно нервирует происходящее, но тут, похоже, придется набраться терпения. Вряд ли суперзанятой Виктор Чарнецкий снизойдет до беседы в ближайшее время. Или нет… Телефон, который я так и держу в руке, начинает вибрировать. Вот и сам дьявол во плоти.

— Рад слышать вас, Алексей, — самодовольство в его голосе въедается в мозг. — Я все думал, когда же вы позвоните… Похоже, пора нам встретиться.

Я на это и рассчитывал, но от его слов почему-то холод стекает по спине.