– Но она у тебя и правда сладкая! – я попыталась нашарить под одеялом его пятую точку и ущипнуть, но Юн оказался слишком шустрым. Ловко увернувшись от меня, он перевернулся и оказался надо мной, слегка прижав меня своим телом. С его великолепных молочных плеч сползли черные пряди волос и упали на мои щеки, шею и грудь. От легкой щекотки я пискляво засмеялась.

– Твой смех как тысяча маленьких колокольчиков в храме, – сказал Юн, мечтательно улыбаясь. – Он меня успокаивает.

– Мой смех не всегда бывает приятным, – сказала я правду. – Иногда я могу даже хрюкать!

– Уверен, мне и твое хрюкание понравится.

Почему-то я не сомневалась в его словах. И в нем самом. Ни разу еще этот человек не вызвал во мне сомнение или недоверие. Прекрасный во всем, он казался сказкой. Волшебным сном, от которого я рано или поздно должна очнуться.

***

Мрачные серые тучи нависли над Залом Центральной Гармонии, угрожая вот-вот разразиться проливным дождем. До нынешнего момента погода стояла прекрасная: небо было чистым, насыщенно голубым, а солнце – ярким и теплым. Однако к часу суда задул порывистый ветер, который и принёс за собой эти мрачные тучи.

Фанг посмотрел на солнечные часы и тихо вздохнул. Юньвэнь опаздывал как никогда, и виной этому – девушка из будущего.

– Даже природа противится этому театру, – услышал Фанг брюзжание одного из министров.

– Не может быть, чтобы генерал Лю был мятежником и предводителем шеньши, – отозвался второй, министр чинов Ким.

Оба хмуро уставились на генерала Лю, который стоял на коленях посреди площади в нижнем одеянии белого цвета. За его спиной выстроились в ряд одиннадцать пленных шеньши. Каждый из них подвергся пыткам и выглядел не лучшим образом. Генерала Лю по приказу Юньвэня не трогали.

– Если император не прибудет в ближайшее время, народ будет…очень зол, – тихо заметил стоящий рядом Яо Линь.

Фанг прекрасно это знал, но ничего сделать не мог. Недавно он отослал евнуха проверить, проснулся ли Юньвэнь. Однако евнух не сможет привести его сюда – ни одни слуга не посмеет разбудить императора.

– Надо было отправить Минчжу или пойти самому, сквозь зубы произнес Фанг, с беспокойством глядя на пустой трон.

В момент, когда всеобщее негодование возросло почти до предела, а Фанг уже сам решил идти за Юном, император все же появился.

Сложив руки за спиной, он быстрым шагом пересек площадь и приблизился к трону. Прежде чем опуститься на него, Юньвэнь оглядел присутствующих суровым взглядом и, кивнув Фангу, сел.

– Начинается суд над мятежниками! – громко объявил капитан дворцовой стражи. Собравшись с духом, он повернулся к отцу и продолжил: – Генерал Лю Вон, вы обвиняетесь в попытке мятежа с целью свержения императора Чжу Юньвэня. Вы признаете свою вину?

Генерал Лю медленно поднял голову и посмотрел на сына с нескрываемой обидой. Несмотря на презрение, которое Фанг испытывал к отцу, этот взгляд уколол его в самое сердце. От чувств просто так не избавишься. Голова способна быстро принять решение, однако душе нужно время, чтобы свыкнуться с ним.

– Виновен, – громко объявил Лю Вон, повернув голову к Юньвэню.

Собравшиеся ахнули и зашептались.

– Быть такого не может!

– Да он с ума сошел!

– Как только посмел?!

– Сын наверняка был с ним заодно!

Фанг вздрогнул и посмотрел в сторону, откуда донесся последний возглас. Добрая половина министров сверлила его гневным взглядом. Остальная половина громко возмущалась.

– Тихо! – гаркнул Юн. – Замолчите!

Воцарилась тишина. Все, включая генерала Лю, обратили свои взоры на императора.

– Пусть говорит только Лю Вон, – значительно тише произнес Юньвэнь.

Некоторое время генерал молчал. Фанг нервно сглотнул, ожидая слов отца. Потянет ли он за собой сына-предателя?

– Я признаю, что долго планировал этот мятеж и хотел свергнуть нынешнего императора, потому что полагал и полагаю до сих пор, что он не имеет права на трон, – громко и четко произнес генерал Лю, глядя прямо на Юньвэня. – Однако мой сын не причастен к моим деяниям. Будучи верным императору Чжу Юньвэню, он полностью отдал себя служению ему. Я же всегда был предан династии Юань, и останусь верным ей даже после смерти.

С этими словами он покорно склонил голову, ожидая вердикта.

По толпе пробежали шепотки. Фанг знал, что мало кто поверил в его непричастность, однако последнее слово остается за императором.

– Разумеется, твой сын не виноват, – сказал Юньвэнь, наклонившись вперед. – Более того, он сам тебя и сдал, когда случайно подслушал ваш план по организации мятежа. Если бы не он, вся столица и Запретный город были бы залиты кровью. Погибло бы много людей.

– Это всего лишь небольшая жертва ради благой цели, – усмехнулся генерал Лю.

Юн скривился и сказал:

– Я приговариваю вас к обезглавливанию ни сколько за вашу причастность к мятежу, сколько за эти слова. Жизни невинных людей должны цениться больше всего в этом мире.