Подъехав к дому семьи Лю, Юньвэнь ловко соскочил с коня и кинулся ко мне. Его глаза радостно блестели, и я готова была поклясться, что сейчас он схватит меня, прижмет к себе и закружит, но подобного не произошло. Юньвэнь порывисто подлетел ко мне, но резко остановился и, заложив руки за спину, неуверенно улыбнулся.

Столь явная сдержанность с его стороны меня немного задела. Любовь любовью, но в глазах жителей этого времени я все еще остаюсь девушкой низкого положения. Да и вообще, разве меня должно огорчать, что Юньвэнь сдерживает свои чувства? Наоборот, это даже лучше. Проблем будет меньше, так ведь?..

– Я не ожидала вас так рано, – пролепетала я, избегая смотреть в его пылающие глаза.

– Мне не спалось, – пожаловался Юньвэнь, надув губы. – Поэтому я решил не мучиться, собрался и приехал к тебе.

– А ваша свита?

– Отстала, – хихикнул Юньвэнь, махнув в сторону. – Я был очень быстрым.

Лицо его сделалось хитрющим, и я не смогла не улыбнуться при виде такой забавной физиономии. А еще мое себялюбие тешило то, что он отправился ко мне, не дожидаясь рассвета. И пусть он уже не выглядел в моих глазах мальчишкой, но иногда из-за действий Юньвэня мне очень хотелось снова так его назвать.

– Как обстоят дела с учебой? – спросил император, шмыгнув носом.

От быстрой скачки он распалился, но сейчас, стоя на холоде, начинал замерзать.

– Неплохо, – ответила я. – Выучила все, что могла. Надеюсь, что никого не опозорю.

– Я тоже на это надеюсь, потому что твое пребывание здесь подошло к концу. Завтра ты уедешь вместе со мной.

– Что? Так быстро? Но я думала, у меня есть еще дней десять. – Это его заявление застало меня врасплох.

– Министры потребовали ускорить отбор, – сочувственно пояснил Юньвэнь.

Сильный порыв ветра растрепал мои распущенные волосы и чуть не сдул с меня шаль. Я ойкнула и, мелко дрожа, поспешила снова закутаться в теплую накидку. Юньвэнь, заметив мою дрожь, снял с себя верхний халат и накинул его на меня. Я хотела было возмутиться, но увидела на императоре еще один халат, наспех одетый поверх платья и шелковой рубашки, кусок которой нелепо торчал сзади. С теплой одеждой дела тут обстояли не лучшим образом, поэтому людям, как бедным, так и богатым, приходилось кутаться в сто одежек, имитируя капустку.

– Ты вся ледяная! – воскликнул Юньвэнь, коснувшись моей руки. – Скорее идем в дом!

Вдалеке послышался лошадиный топот, а спустя некоторое время за поворотом показалась отставшая свита императора.

– И вообще, зачем ты вышла так рано на улицу? – спросил Юньвэнь, подталкивая меня к воротам.

– Мне не спалось. В комнате было очень душно, – ответила я, глядя на приближающихся всадников.

Среди них, разумеется, был Фанг. Он кривовато улыбнулся мне и приветственно вскинул руку. Я радушно помахала ему в ответ, чем вызвала у Юньвэня недовольное брюзжание.

Император, приобняв меня за талию, принялся усердно загонять меня в дом, читая нотации о том, чем чревато долгое нахождение на холоде в легкой одежде. К моему удивлению, это меня вовсе не раздражало. Голос Юньвэня у меня над ухом успокаивал и дарил ощущение чего-то домашнего и теплого. Прикрыв глаза от удовольствия, я решила отдохнуть в этот последний день моего пребывания здесь и ни о чем не волноваться.

Я сидела за столом, держала в руках кисточку и тупо смотрела на чистый лист бумаги прямо перед собой. Шло последнее испытание отбора невест. Предыдущие два я прошла довольно успешно – гороскоп у меня оказался на удивление хорошим, а приготовить чай и обед для императора оказалось не так уж и сложно. Зато последним испытанием была проверка моих знаний литературы и науки. Да, я много читала, но почти все, что я прочитала, мне было непонятно. Мои учителя разъяснили мне значения многих стихотворений и высказываний, но они не предупредили меня о том, что нас самих заставят писать стихи!

Мать вашу, да вы издеваетесь?! Что я могу написать?! Если только какую-то дурацкую рифму на русском языке, а уж про китайский я вообще молчу!

Воровато оглядевшись и заметив, что все девушки усердно выводят иероглифы на бумаге, я чуть не взвыла от досады. Переведя взгляд на трон, я встретилась с надменным взглядом императрицы и, смутившись, уткнулась в бумагу.

Сегодня Цюань восседала на троне одна. Обычно с ней были еще Юньвэнь, Фанг и евнух Пан, но из Пекина пришли дурные вести, и император стремительно удалился, оставив меня без визуальной поддержки. Мало того, что отбор вызывал во мне нервозность, так теперь еще я начала переживать из-за плохих вестей из Пекина, которые, по любому, были связаны с Чжу Ди.

– Ваше время заканчивается! – объявила императрица, махнув рукой в сторону песочных часов из золота.

Так, Майя, соберись! Что ты знаешь о восточных стихах? Омар Хайам! Нет, это не то! Харуки Мураками? Вроде бы он прозаик…

Чёрт, черт, черт!