Последний раз я видела эти цветы вживую где-то в пять лет. Родители повели меня в пекинский парк Бэйхай, где ежегодно проводится фестиваль лотосов. Кажется, это был конец июля, и жара стояла страшнейшая, но в тенистом парке было свежо и прохладно. Вот только я плохо запомнила сами лотосы, о чем постоянно жаловалась родителям. Впоследствии, когда мы с мамой уехали в Россию, она каждый год обещала мне совершить путешествие к дельте Волги – одному из немногих мест, где в нашей стране цветут лотосы. Жаль, что у нас так и не получилось осуществить задуманное.

– Еще с юных лет я думал о том, чтобы ввести в традицию праздник в честь футянь – периода цветения лотоса, – задумчиво глядя на озеро, сказал Юн.

Словно мысли мои прочитал.

– В будущем такой праздник есть. Фестиваль лотосов. Я была на нем в детстве, – сказала я, умолчав о том, что почти не помнила этого события.

– Возможно, стоит устроить нечто подобное в этом году, как ты считаешь? – император повернулся ко мне и замер, ожидая ответа.

Я замялась. Против праздников я не возражала, но время сейчас крайне неподходящее. Хоть Чжу Ди и затих, но я знала, что скоро он объявится. История так просто не поменяется. Тем более, если мы не прикладывали к этому почти никаких усилий.

– Сейчас не время, – ответила я, не глядя на Юна.

– А когда будет время? – поинтересовался он. Я чувствовала, как пристально он всматривается в мое лицо. – Когда, Майя? Когда будет подходящее время для праздников, для спокойной жизни? Я знаю, что дядя может в любой момент нанести удар. Я знаю, что день моей смерти все ближе и ближе. Но я не могу взять и все отменить. Перестать что-то делать, что-то планировать, перестать жить. Я не хочу сидеть на месте и просто ждать неминуемого.

– Я не это имела ввиду, – устало сказала я, отводя взгляд еще дальше, на озеро.

– А что? – не унимался Юн.

Тон его был спокойным, но немного повышенным. Он никогда не кричал на меня, не раздражался. Из-за этого мне порой было тяжело понять его истинные чувства. И только глаза выдавали его с головой.

Однако сейчас, когда я все же повернулась к Юнвэню и заглянула в его посветлевшие от солнечного света глаза, то поняла, что ему грустно. Он остро чувствует, как приближается событие, которое может стать для него последним. Он хочет как-то отвлечься от этого, хочет устроить праздник, а я не одобрила его идею.

– Извини, – пробормотала я, шагнув к Юну и обнимая его за талию. – Я не права. Если тебе нужен этот праздник, то устраивай его.

Прижав меня к себе, Юн почти невесомо коснулся губами моего лба и сказал:

– Нужен. Сейчас мне очень нужно жить, как ни в чем не бывало. Словно моя жизнь не должна оборваться уже в этом месяце.

– Она не оборвется, – уверенно заявила я. – Я приложу все усилия, чтобы ты остался жив. Пусть хоть Небеса рухнут!

Юн отстранился и посмотрел на меня так, словно я была ребенком, который с серьезным видом сообщает, что хочет стать космонавтом.

– Я не сомневаюсь в твоих стремлениях, – сказал он и погладил меня по волосам.

Мне надо было поскандалить. Сказать, что мои намерения серьезны, что я буду биться до конца, и пусть он не воспринимает меня как ребенка. Надо было, но я не стала. Я уже не раз говорила ему о своих намерениях. Он кивал, снисходительно улыбаясь, но все равно оставался при своих мыслях. Каких-то печальных, далеких от меня мыслях…

– Завтра начнем готовиться к празднику, – сказала я, снова крепко прижимаясь к Юну.

–Угу, – согласился он.

Мы еще долго стояли на берегу озера, любуясь лотосами, а потом медленно побрели назад, во дворец.

Перед сном мы с Юном обсуждали приготовления к празднику. Забывшись, я с энтузиазмом сыпала различными идеями, ежеминутно жалея о том, что здесь нет интернета. Но и без него мы придумали кучу всяких развлечений. Вот только нам так и не удалось воплотить их в жизнь, потому что утром следующего дня Юна разбудил Фанг, который сообщил о том, что войска Чжу Ди подошли к реке Хуанхэ.

– Ты никуда не пойдешь. Точка, – тоном, не терпящим возражений, сказала я.

– Им нужен командир, – голос Юньвэня звучал уже не столь уверенно, как несколько минут назад.

– У тебя много офицеров. Отправь кого-то из них.

– Боевой дух лучше всего поднимет присутствие императора на битве…

– А также этот дух хорошо спадает, если императора вдруг убивают! – аргументировала я. Спорить со мной бесполезно, как он этого еще не понял?

Вздохнув, Юн опустился на постель, ссутулился и взглянул на меня поникшим взглядом.

– Ты права, но…

– Но?

– Я так не могу. Мне кажется, что я не в полной мере стараюсь. Не выполняю свои обязанности перед страной. Я должен был быть на всех сражениях, как мой дед в молодости. Должен был показать людям себя настоящего, свои навыки, свое стремление служить на благо Империи. Я… – он прервался, отвел от меня взгляд и рассеянно уставился в пол.

Я тихонько подошла к Юну, села рядом и погладила его по прохладным ладоням.

– Сделанного не воротишь, – сказала я. – Не будем думать о том, как изменить прошлое. Давай лучше думать о настоящем и пытаться изменить будущее. Хорошо?