– Кстати, – сказала я, присаживаясь на кровать. – А что третье?

– Третье? – вопросительно изогнул брови Юньвэнь.

– Вы говорили о трех очень важных вещах, которые я должна знать, – напомнила я, самозабвенно поглаживая невероятно гладкое шелковое одеяло. – Первые две я услышала. А что третье?

Краска залила щеки императора. Он стеснительно улыбнулся и потупился. Я терпеливо ждала, что он скажет. Было видно, что это давалось ему не просто, поэтому я его не торопила.

Отодвинув стул, Юньвэнь оперся рукой на его спинку и, повернувшись ко мне корпусом, сказал:

– Я люблю тебя, Мей.

Я лежала, свернувшись калачиком, и усталым взглядом гипнотизировала спину императора. Несмотря на то, что я страшно устала, сон не шел ко мне уже, наверно, около часа. Слова, которые Юньвэнь сказал, врезались мне в мозг и не давали покоя.

Он это серьезно? Вот так взял и сказал, что любит?

Наверно, если бы не моя провальная – и слава богу! – попытка убить его, то я бы еще поверила в его признание, но теперь, после всего плохого, что я ему сделала…

С другой стороны, Юньвэнь несколько раз повторил, что ни в чем не винит меня. Может ли это быть правдой? Может ли он все мне простить, потому что любит?

– Рисовые пирожки, – спросонья пробубнил император.

Он зашевелился и попытался перевернуться. Это ему не удалось, и он плавно начал заваливаться на пол. Я порывисто схватилась за его халат и оттянула Юньвэня от края кровати. Сладко улыбнувшись во сне, он уткнулся носом в подушку и продолжил мирно посапывать, мечтая о рисовых пирожках. Как и обещал, спал он на самом краешке, чтобы мне не мешать. Даже когда ворочался во сне, то как-то умудрялся не приближаться ко мне близко, и, признаюсь, это было мило.

Спустя некоторое время ровное дыхание императора и его тихое бормотание усыпили меня. Я спала как убитая, без всяких снов, и проснулась, когда солнце уже было высоко в небе. Зевнув, я перевернулась с бока на спину и, чувствуя, что выспалась и отдохнула, довольно улыбнулась. Впервые за последнее время я так хорошо спала. Еще бы, на императорском-то ложе!

Вспомнив, с кем делила постель этой ночью, я зыркнула на чужую половину и спокойно выдохнула – императора не было. Наверно, он встал раньше и уже умотал по своим делам. Интересно, он тоже выспался?

Вылезать из теплой и мягкой постели совершенно не хотелось, но, судя по всему, было уже далеко не утро, а значит, мне пора перестать лениться.

На прикроватной тумбочке лежала аккуратно-сложенная одежда в нежно-бежевых тонах. Я потянулась к хлопковой рубахе и заметила, что на ней лежит изящная серебряная заколка с нежно-розовым лепестком сливы. Легкая улыбка сама по себе возникла на моих губах.

Расчесав волосы гребнем, который лежал в шкатулке Юньвэня, я завязала низкий пучок и воткнула в него заколку. Одежда была похожа на ту, что я носила на охоте, только цвет был иной, более приглушенный. Мысленно похвалив императора за то, что не стал рядить меня в шелковые халаты и превращать в помпезную капусту, я подумала о том, как не хватало мне моих туфель.

– Госпожа Мей, вы проснулись? – раздался за дверями знакомый старческий голос.

– Да, – отозвалась я и повернулась к входу.

Двери распахнулись, и в покои вошел евнух Бо. Поймав мой взгляд, старик добродушно улыбнулся и низко мне поклонился. От подобного уважения я буквально потеряла дар речи. Этот несносный мальчишка приказал всем мне кланяться теперь? Или со мной так учтивы, потому что я провела ночь с императором?

– Как вы спали, госпожа? – поинтересовался евнух Бо, не сводя с меня довольного взгляда.

– Прекрасно. Всегда бы так, – не подумав, ответила я.

Лоснящиеся щеки евнуха тронул легкий румянец, а взгляд сделался хитрым.

– Я рад, что ваш сон с Его Величеством был прекрасен, – довольно заявил он.

Вот же извращенец старый! Чего он там себе вообразил?!

– Я не…

– Велите нести императорский обед? – перебил меня евнух.

– А что, уже пора? – удивилась я. Неужели я проспала до обеда? Матерь Божья!

Евнух Бо кивнул, не сводя с меня своих хитрых лисьих глазок.

– Несите, – разрешила я, чувствуя, как во мне стремительно пробуждается голод.

Поклонившись, евнух толкнул двери, и в покои вошли три служанки с подносами, полными еды. Подойдя к столу, девушки проворно расставили блюда и поспешили исчезнуть, будто их тут и не было.

– Вот это сервис, – восхищенно заметила я, разглядывая разнообразие блюд. – А император есть не будет?

– Он занят государственными делами и поест позже, – ответил евнух Бо.

С этими словами он поклонился мне и ушел вслед за служанками.

– Дела у него, – заворчала я, садясь за стол. – Даже поесть некогда. Поэтому такой худой.