Усатый стражник снова обернулся к своим собратьям по оружию, надеясь получить от них хоть какую-то подсказку, но стражники усердно делали вид, что к этому разговору не имеют никакого отношения.

– Ладно, проходите, – наконец сдался усатый.

Кивнув остальным, он отошел в сторону, освобождая нам проход. Квадратная челюсть снял засов и открыл для нас ворота.

Так просто? Не верю.

А лучше бы поверила…

– Эй, вы что делаете?!

Мы все как один повернулись на низкий и грубый голос, которым был задан этот вопрос.

Почему-то в глаза мне бросилась не целая куча солдат, а здоровенный мужик со шрамами на лице, который стоял во главе этой кучи. Он окинул беглым взглядом меня, а когда увидел Юна, то лицо его вытянулось от удивления.

– Это император! – прогремел он, указав на нас. – Схватить!

Куча солдат за его спиной обнажила мечи и кинулась на нас. Юн мгновенно закрыл меня собой и принял боевую позицию. Я взглянула на его руки и ужаснулась: оружия у него не было. Благо, драконы отреагировали молниеносно. Рин кинулся на стражу у ворот, а остальные атаковали банду здоровяка со шрамами. Лунсин, немного запоздав, обернулся к нам и крикнул:

– Бегите!

Отчаянная решительность в его глазах возродила во мне воспоминания об осаде монастыря в провинции Шаньси. Ситуация снова повторилась. Снова он попросил меня бежать. Снова я могу больше никогда его не увидеть.

Мне хотелось крикнуть Лунсину, что никуда я не пойду, не оставлю его снова. Но у Лунсина были его собратья, а у Юна не было никого, кроме меня. Да и какой прок в том, что мы, безоружные, останемся здесь? Драконам не нужна моральная поддержка, они справятся и без нее.

Лунсин не стал ждать моего решения. Крикнув мне «беги!», он решительно кинулся вслед за остальными. Скинув веревки, я схватила Юна за руку и потянула его к воротам.

Рин как раз добивал последнего стражника, когда мы пронеслись мимо.

– Спасибо, – крикнула я ему.

– Благодарю, – бросил на бегу Юн.

Рин нам ничего не сказал. А, может, и сказал, просто мы его уже не услышали.

Выбравшись из Запретного города, мы миновали по пустой площади, освещенной фонарями. Крепко держа руку Юна, я бежала и бежала в неизвестном направлении. На полутемных улицах не было ни души, и, когда нас окликнули, я не придала этому значения и не остановилась. Только когда окрик повторился, и Юн потянул меня за руку, я притормозила и вопросительно уставилась на него.

– Что? – спросила я, тяжело дыша.

Юн, тоже тяжело дыша, без лишних слов указал куда-то в сторону. Я проследила за его рукой и увидела выходящих из-за угла Фанга и Минчжу.

– А потом нас схватили солдаты Чжу Ди и заперли в кабинете моего отца, – закончила Минчжу свой рассказ. – Фанг потерял сознание и был тяжело ранен, отец пропал без вести, и о вас двоих тоже было не известно… Ох, только представьте себе, как я с ума сходила!

Мы с Юном дружно закивали. Я шмыгнула носом и поежилась. Мы притаились на окраине столицы, в самом бедном районе. Раны Фанга и Юна могли открыться в любой момент, поэтому мы решили спрятаться в одной из ветхих заброшенных лачуг и немного передохнуть.

– И вот, когда я уже потеряла надежду на благополучный исход, пришел Рин вместе с лекарем. Только благодаря ему Фанг выжил, и мы смогли сбежать из Запретного города. Если бы не он…

– …страшно представить, что бы с нами было, – закончила за нее я.

Минчжу кивнула мне, а затем повернулась к Фангу и ласково ему улыбнулась. Капитан дворцовой стражи выглядел бледным и осунувшимся, но все же был жив и смотрел на Минчжу полным обожания взглядом.

История их спасения, конечно же, была весьма занимательной, но куда занимательнее был бы рассказ о том, что между ними произошло, пока мы с Юном отсутствовали.

– Рин полностью загладил свою вину, как считаете? – спросил Юньвэнь.

Все мы дружно кивнули. Воцарилось долгое молчание, которое нарушал лишь гуляющий по лачуге ветер.

– Что будем делать дальше? – поинтересовалась я.

– Ну, для начала отправим тебя домой, как ты и хотела, – с едва заметной ноткой грусти ответил мне Юн.

Я удивленно уставилась на него.

– Ты нашел сферу?

Кивок.

– Серьезно?!

Снова кивок.

– Ты ж моя умница! – закричала я, кинувшись обнимать Юна.

– Тише-тише, – запричитала он, пытаясь ослабить мою хватку.

– Ой, прости! – воскликнула я, сразу же отпрянув от него. Про рану-то я забыла!

Гримаса боли на лице Юна мгновенно сменилась на добродушную улыбку. Пошарив за пазухой, он извлек оттуда сферу и протянул ее мне.

– Глазам не верю! – сказала я, хватая круглый металлический предмет. – Как ты ее нашел?