Я чувствую себя загнанным зверем, на которого идет облава. Стены лечебницы, еще минуту назад казавшиеся надежным убежищем, вдруг превращаются в хрустальную клетку, которая не в силах укрыть от зоркого взгляда хищника.

От взгляда дракона.

Да что ему вообще нужно?! Почему он не может просто оставить меня в покое?!

Он мстит за сам факт побега, хочет наказать за непослушание? За то, что посмела выжить? Или дело в той тайне, которую унесла с собой Эола?

Я делаю глубокий вдох, пытаясь унять дрожь.

Спокойно, Ольга.

Паника сейчас — худший враг.

Нужно думать. Нужно действовать.

Я должна сделать все, чтобы он меня не нашел. Но теперь на кону не только моя жизнь, но и жизнь Лиары. Джаред может добраться до нее.

Я с ужасом представляю, что этот обезумевший дракон может сделать с ней, чтобы выведать у нее информацию обо мне.

Нет. Я не могу этого допустить.

Я вытащила ее из одной клетки и я не позволю, чтобы с ней еще что-нибудь случилось.

Только как мне найти способ помочь Лиаре? Причем так, чтобы не выдать ни ее, ни себя?

Мысль приходит мгновенно — Дамиан! Капитан Королевской гвардии! Он обещал помощь. Возможно, он сможет что-то сделать с этими патрулями?

Я почти бегом возвращаюсь в крыло для выздоравливающих. Сердце колотится от страха и надежды. Я врываюсь в палату Дамиана без стука. Он сидит на кровати, пытаясь делать дыхательные упражнения, которым я его научила.

Он удивленно поднимает на меня глаза.

— О, это ты? Что-то случилось?

— Капитан, — выдыхаю я, — простите, что врываюсь, но мне нужна ваша помощь. Я знаю, что только начала ваше лечение, и, возможно, не имею права сразу просить о таком… Но не могли бы вы оказать мне одну услугу? Можно сказать, впрок.

Его взгляд становится серьезным.

— Говорите.

— Дело в том, что до меня дошли слухи… — я осторожно подбираю слова, — …будто по столице сейчас ходят усиленные патрули. Ищут двух беглых преступниц из Обители Скорбной Девы. Нельзя ли как-то… отменить этот приказ? Или хотя бы ослабить поиски?

Дамиан хмурится.

— Зачем? Какое тебе до них дело?

Я замираю.

Сказать ему правду? Что одна из этих «преступниц» — я? А вторая — моя подруга, которой я обязана жизнью?

Нет. Слишком рискованно.

Но и врать ему я не могу.

Не после того, как он доверил мне свою тайну.

— Потому что это… это ужасная ошибка, капитан, — говорю я, глядя ему прямо в глаза. — Эти девушки — не преступницы. Человек, отдавший приказ об их поиске, герцог Джаред Моран, — я вижу, как его брови ползут вверх при упоминании имени Джареда, — ему что-то от них нужно. И он решил поймать их любой ценой, даже если для этого придется объявить их преступницами.

Дамиан молчит, обдумывая мои слова. Я вижу в его глазах сомнение.

— И что же ему может быть нужно от двух послушниц, раз он поднял на ноги столичную стражу? — спрашивает он, и его взгляд становится острым, изучающим.

— Я… я не знаю точно, — с сожалением отвечаю я, здесь мн едаже не приходится его обманывать. — Но клянусь вам, они не сделали ничего плохого. Они просто пытаются спастись.

Капитан смотрит на меня долго, пристально.

Мне кажется, он что-то подозревает.

Что-то видит в моем лице, в моих глазах.

— А напомни-ка мне пожалуйста, — вдруг спрашивает он совершенно другим тоном. — Как давно ты работаешь в этой лечебнице?

Я напрягаюсь всем телом.

Дамиан не дурак. Он быстро сопоставил факты: мое внезапное появление, моя просьба отменить приказ герцога Морана, касающийся поимки двух беглянок…

Он все понял. Или почти все.

Именно поэтому, утаивать что-то от одного из немногих людей, кто действительно ко мне хорошо относится и может помочь, было бы глупо и подло.

А потому я решаю ему довериться.

— Это… мой третий день, — честно отвечаю я, глядя ему в глаза.

Капитан хмыкает.

Я вижу как в его серых глазах вспыхивает смесь подозрения и… веселья?

Я жду его решения, затаив дыхание.

Что он скажет? Откажет? Или решит самостоятельно позвать стражу?

Дамиан откидывается на подушки.

— Сегодня должен прийти мой помощник, — наконец произносит он, и его тон снова становится легким, почти беззаботным. — Я передам ему приказ разобраться с проблемой… этих двух “невинных беглянок”.

Он произносит последние слова с легкой, почти незаметной усмешкой и таким хитрым взглядом, что я невольно вздрагиваю.

— Спасибо, капитан, — искренне говорю я, чувствуя, как волна благодарности и облегчения смывает остатки страха. — Я… я очень вам признательна.

— Мы же договорились. Услуга за услугу, — он снова усмехается.

Пользуясь случаем, проверяю его состояние.

Я снова проверяю его пульс, слушаю сердце — ритм ровный, сильный. Повязка на груди чистая, признаков воспаления нет. Похоже, его молодое, сильное тело отлично справляется с последствиями тампонады.

Риски минимальны.