Но вскоре я узнаю, что дела обстоят гораздо хуже.

Деренис вынужденно отказалась от своей мечты и самой стать лекаркой.

Узнаю я об этом случайно.

Я остаюсь в столице пока жду вестей о своем эликсире. Дел здесь немного. Так что… разбираю старые вещи на чердаке особняка. Надеюсь узнать своих теперь детей получше. Сами они не рассказывают.

Нахожу сундук, в котором хранятся вещи из детства Деренис. Среди них — тетрадь, полная аккуратных записей. Рисунки лекарских трав, описания простых заболеваний и что делать в случае неотложной помощи.

Я изучала что-то подобное в школе, на уроках биологии. И почти отложила тетрадь, решив, что и в этом мире бывает хорошее образование. Но очень уж записи, сделанные детской рукой, были обстоятельными, а рисунки детальными. Так учится только увлеченный предметом ребенок.

А может, строгий преподаватель просто был?

И все же находка не дает мне покоя.

Ищу подобную тетрадь в вещах старшего сына. И ожидаемо ничего не нахожу.

Возвращаюсь к вещам Деренис. Среди них еще несколько тетрадей. Записи в них становятся все сложнее, показывая, что дочь взрослеет и знания материала становятся прочнее. Попадаются учебники, зачитанные до дыр. Только один новенький.

Листаю книжку и понимаю, что уровень здесь уже университетский. На первых страницах есть карандашные пометки. А дальше — девственная чистота.

Почему Деренис его не прочитала? Точнее, не дочитала.

И тогда иду к дочери.

— Вы с отцом запретили мне поступать учиться на лекаря, забыла? — раздраженно бросает Деренис.

И захлопывает у меня перед носом дверь.

Так дело не пойдет, — злюсь я.

Стучусь.

Ответа нет.

— Я зайду? — спрашиваю и получаю согласие.

Заглядываю.

Деренис пыхтит над гардеробом, выбирая платье. Делает вид, что увлечена. А у самой глаза покраснели.

Успела расплакаться и вытереть слезы, чтобы я не увидела? Боится, что я буду ругать за то, что мечтает стать врачом? И отговаривать снова.

Тяжело вздыхаю.

— Деренис, — начинаю осторожно.

— Да что? — девушка отшвыривает платье.

— Ты хочешь поступить на лекаря? — смотрю на нее серьезно. — Мы можем перевести тебя в академию лекарей.

Деренис замирает. На лице на мгновение вспыхивает и тут же гаснет надежда.

— Смеешься? — фыркает она. — Отец не позволит.

— Я с ним поговорю, — заговорщически киваю я.

Несколько секунд Деренис завороженно переживает эту идею.

— Нет, — наконец качает она головой. — Не согласится он. Да и середина учебного года. Даже если мне и ректор и разрешит сдать экзамены в столичную академию, то… Не примет на учебу, не захочет ссориться с папой.

— Ректоры академий Срединных земель его не боятся, — усмехаюсь я. — А талантливого адепта они с руками оторвут, я уверена.

— Меня не возьмут в Срединные земли, — Деренис испуганно плюхается на кровать. — У них такой конкурс!

— Сомневаешься в себе? — пытливо смотрю на нее. — Мне кажется ты старательно училась.

— Да, но… — Деренис некоторое время молчит. — Ты точно сможешь убедить папу? — спрашивает осторожно.

Я сжимаю руку девушки.

— Готовься к экзаменам, Деренис.

* * *

Но сначала иду не к Эйсу. К Хайсу. Договориться с ним не составляет труда.

— Я прошу только дать дать моей дочери возможность сдать экзамен, — с энтузиазмом убеждаю его я. — У нее настоящий талант. Нельзя терять такого лекаря.

— Есть у нее талант или нет решат магистры академии и ее будущие пациенты, — хмыкает Хайс. — Я даже не буду спрашивать, почему сначала она поступала в другую академию.

— Так ты согласен? — нетерпеливо смотрю на него.

Здесь не торговая сделка, к которым я привыкла. В которых разбираюсь и легко держу свою линию. Здесь личная просьба. Хайс может отказать.

И мне страшно, что он откажет.

Он не обязан нам помогать.

— Я поговорю с ректорами, — спокойно кивает он. — А Эйс не против? — произносит он уже хмуро.

— Не против, — бормочу я.

Он еще не знает. Так что формально я даже не вру.