Он молчал.

Очень долго.

Потом неожиданно подвинул мне всю папку.

— Продолжайте.

Я подняла голову.

— Что?

— Проверку.

Он спокойно сел рядом.

Не, напротив.

Рядом.

— Теперь мы думаем вместе.

Не спорим.

Не проверяем друг друга.

А ищем ответ.

В груди стало тепло.

Это был первый раз.

Он действительно советовался со мной.

Не как с секретарем.

Не как с помощником.

Как с человеком, мнению которого доверяет.

Безоговорочно.

Часы показывали почти одиннадцать вечера.

Максим принес кофе.

Поставил три кружки.

Посмотрел сначала на меня.

Потом на Воронцова.

Улыбнулся.

— Интересно за вами наблюдать.

Мы одновременно подняли головы.

— Почему?

Спросили почти хором.

Максим рассмеялся.

— Вот именно.

Вы уже заканчиваете друг за друга предложения.

Я почувствовала, как щеки слегка потеплели.

Воронцов тоже улыбнулся.

Но совсем незаметно.

— Не отвлекайтесь.

Сказал он.

Максим только покачал головой.

— Конечно.

Работайте.

Он ушел.

А мы переглянулись.

И неожиданно оба тихо рассмеялись.

Напряжение последних дней впервые немного отступило.

Ближе к полуночи схема почти сложилась.

На доске появились новые отметки.

Я подошла совсем близко.

— Если предположить, что "крот" получает информацию здесь...

Он передает ее не напрямую.

Через посредника.

Иначе давно бы попался.

Воронцов медленно кивнул.

— Продолжайте.

— Тогда нужно искать не того, кто звонит.

А того, после кого всегда происходят звонки.

Он несколько секунд смотрел на схему.

Потом неожиданно сказал:

— Алиса.

Я обернулась.

— Спасибо.

Я улыбнулась.

— За что?

— За то, что видите то, чего не замечаем мы.

Эти слова значили для меня больше любой похвалы.

Без пятнадцати двенадцать зазвонил служебный телефон.

Воронцов ответил сразу.

Я продолжала просматривать документы.

Но уже через несколько секунд почувствовала.

Что-то произошло.

Он медленно выпрямился.

Лицо снова стало жестким.

— Когда?

Короткая пауза.

— Понял.

Мы выезжаем.

Он положил трубку.

Я уже поднялась.

— Что случилось?

— Исчез свидетель.

Тот самый.

Который должен был завтра дать показания.

В кабинете снова стало тихо.

Максим вбежал почти сразу.

— Подтвердилось?

Воронцов коротко кивнул.

— Камеры уже просмотрели?

— Только начали.

Через несколько минут в кабинет вошел сотрудник собственной безопасности.

В руках планшет.

— Есть запись.

Он включил видео.

Черно-белая картинка.

Парковка возле кафе.

Свидетель выходит на улицу.

Через несколько секунд к нему подходит мужчина.

Лица почти не видно.

Они разговаривают.

Потом вместе уходят за угол здания.

Свидетеля больше никто не видел.

Я наклонилась ближе к экрану.

Мужчина повернул голову.

Всего на мгновение.

Но этого оказалось достаточно.

Я почувствовала, как сердце пропустило удар.

Максим тихо выругался.

А Воронцов медленно сжал кулак.

На записи был Артем.

Глава 44

Иногда прошлое возвращается не для того, чтобы все испортить.

А чтобы наконец закончиться.

После просмотра записи в управлении никто уже не говорил спокойно.

Максим первым нарушил тишину.

— Не может быть.

Я не ответила.

Не могла.

На экране действительно был Артем.

Он разговаривал со свидетелем.

Спокойно.

Без угроз.

Но спустя несколько минут свидетель исчез.

Воронцов выключил запись.

Посмотрел на начальника собственной безопасности.

— Где он сейчас?

— Уже установили адрес.

Оперативная группа выехала.

— Живым.

Коротко сказал Воронцов.

— Он нужен мне живым.

Артема доставили в прокуратуру через два часа.

Без наручников.

Без лишнего шума.

Он вошел в кабинет для допросов уставшим.

Небритым.

В той же куртке, в которой я видела его возле кафе.

Когда мы встретились взглядами через стекло комнаты наблюдения, он не отвернулся.

Только тяжело выдохнул.

Максим стоял рядом со мной.

— Переживаешь?

— Не знаю.

Ответила честно.

— Просто хочу понять.

Он виноват.

Или нет.

Максим молча кивнул.

— Сейчас узнаем.

Допрос начал Воронцов.

Спокойно.

Без давления.

Он положил перед Артемом фотографию со свидетелем.

— Узнаете себя?

— Да.

— Когда состоялась встреча?